— На них у меня очень много материала. Очень. Однако хотел предупредить сразу, с такими доказательствами в суд не пойдешь, тем более он ими куплен на корню. Уже пробовал, едва самого не отправили на рудники, но все факты и данные раскрывают многие стороны их деятельности, как и связи, — без всяких обиняков заявил тот, — Если бы не потребность в деньгах, отдал бы бесплатно, лишь бы они ответили за все. А так, мне сейчас нужна тысяча золотых и еще две монеты из красного золота. И поверь, ты получишь гораздо больше информации, нежели, чем на эту сумму. Клянусь кровью, что говорю правду и только правду! — торжественно закончил эмоциональный спич, а кулак окутало пламя, — И беседую с тобой откровенно, так как тебя рекомендовал эрин Доминик Хран, его же слово для меня многое значит, и он один из тех людей, кому я доверяю практически полностью.
— Договорились, — без всяких обиняков выложил нужную сумму, к ней добавил вексель на пятьсот империалов, — А это на продолжение. Меня интересует их возможные связи с родами Черноягодья.
— Это много! Тем более в купленных тобою бумагах многое есть. Конечно, больше гипотезы. Но… — мотнул неопределенно головой тот.
— Вот и занимайся, — спокойно констатировал, двигая вексель по столу к аналитику, — Тем более, по твоим словам, я уже сейчас получу гораздо больше. И мне нужна от тебя работа по профилю, если ты будешь заниматься поиском средств на существование, то это будет вредить делу. Дополнительно знай, если твои выкладки мне помогут, то я умею быть благодарным.
— Хорошо, — парень согласился, в глазах плохо скрываемая радость, аналитик явно очень и очень нуждался в деньгах, но все же постарался быть предельно честным, что порадовало.
Оказалось, Валенс предусмотрительно после беседы тет-а-тет с дознавателем, принес наработки по Пасклям и Татугле. И материал содержался в трех папках, каждая из которых тянула на отдельный том писателей девятнадцатого века.
Затем обговорили способы связи, аналитик, к моей радости, тоже оказался подвержен паранойе, поэтому довольно легко воспринял кодовые фразы в магоэфире на большинство случаев жизни, как и обсудили места для возможных встреч.
— И… глэрд, — после взаимных прощаний нерешительно понизив голос и отчего-то воровато осмотревшись, сказал тот, — Не могу разглашать причину. Это не моя тайна. Но я пообещал принести полную клятву на крови с возможным вхождением в Дом любому, кто убьет Татуглу или станет причиной его смерти.
— Я тебя услышал.
Довольно настораживающие души прекрасные порывы… Но посмотрим, а информацию проверим.
Затем я с Роммом и Ленаром отправился в сердце бюрократии Нижнего Демморунга. В целом, практически успел сделать все запланированное. За исключением покупок, посещения биржи труда и работорговца.
И сейчас, наконец-то остался один, взирал на толпу сверху, решив, раз уж оказался здесь, то послушать Рихана из Дома Клеоста. Лишним точно не будет, пригодится в работе. К тому же заметил в толпе Крома с тремя незнакомыми волчарами. Двое из них, я опять понял, скорее всего, благодаря райсу, являлись обладателями тотемов. Пока ждал появления наместника, тестировал сверхчувствительный режим очков. В метре над досками помоста расплескалась огромная амеба насыщенного красного цвета, сразу бросающаяся в глаза. Все остальные магические образования были гораздо бледнее, за исключением такой же, но в висящей в полутора метрах над площадью в шагах тридцати от сцены.
То, что глэрд Рихан вот-вот должен был появиться, говорила охрана. На въездах и возле проходов дежурили обычные городские стражники, которых ни с утра, ни вчера не было. За помостом с трибуной находилась стена, а перед ним образовали полукруг двадцать четыре гвардейца в сплошных доспехах со щитами, короткими мечами и копьями, за плечами у каждого висел средний имперский арбалет. За их спинами свободное пространство около трех метров шириной. Тускло поблескивали на правых плечах золоченые наплечники в виде орлиных голов.
Автоматически отметил лэрга Иллиана в первых рядах горожан, как и с пару десятков аристо, среди них вчерашнего толстяка, возжелавшего купить тело Лидии, и его длинного друга. Они стояли поодаль от бывшего конкурента.
Мне было абсолютно понятно, почему злобному деду не сиделось дома — он демонстрировал всему свету свершившуюся месть и выполненные обещания. И людские сборища именно то, что ему требовалось для логичного завершения миссии. Старик приторочил к поясу сумку из сетки с широкой ячейкой, где находилась обезображенная человеческая голова, рядом на крючке висел скальп. Слева же — отрезанные кисти. Дополнительно обмотал сапоги полосками кожи, учитывая их изгваженность в дерьме и нечистотах — мимо ни одной кучи не прошел. Рядом с маразматиком образовалось небольшое пустое пространство, похоже, смердело от него знатно, зеваки морщили носы, но пялились во все глаза, тыкали пальцами в части тела, спрашивали, а виновник торжества с явным удовольствием отвечал.
