Сразу от входа справа ряд из трех сундуков, последний располагался в углу. В левом углу «Взор Арракса» показывал не только еще одну полость под огромным сундучищем, больше похожим на приземистый амбарный ларь, но и хитрый механизм в стене. Еще пара средневековых сейфов рядом.
Не на секунду не забывал смотреть глазами ворона, отслеживая обстановку снаружи. Два самых больших сундука, кроме ларя, оказались набиты серебряными монетами, точнее одинаковыми мешочками с ними, последний вдоль этой же стены интересней. Здесь находилось красное золото и обычное, в такой же таре. Первого, пятнадцать мешков, второго — штук пятьдесят.
А дальше вскрывал все, что не имело магических линий. Чего только не нашлось в сундуках. Начиная от черного серебра около десяти килограммов, которое сразу же заняло место в рюкзаке, а его содержимое — два больших и три малых шара на столе. Гроссбух, если бы был размерами поменьше, я бы забрал, но не стал. Шкатулки с драгоценными камнями, украшения и артефакты. «Ловкач» справлялся со всеми замками, а возможность его постоянно подзаряжать делала работу прекрасной.
Сгреб сразу все кольца с «Кожей Титанов». Нашлись три мешка Рунигиса, в один из которых быстро и технично, абсолютно не разбирая, отправлял все бумаги из ящиков стола, добавил туда значительно веса мешочками с красным золотом. Четыре контейнера на пятьдесят больших магических кристаллов, забитые ими же. За пять минут самое ценное заняло место в таре, приготовленной для добычи из тайников бандита.
Неприметный камень приводил в движение механизм доступа к тайнику. Все по классике. Нажал на него, и огромный сундук, наполненный медной монетой, беззвучно сдвинулся в сторону, открывая полость, в которой находился еще один мешок Рунигиса, наполовину полный. Вытащил. Оказался невероятно легким. Внутри нашлись четыре пакета из сантика, очень и очень хорошо мне знакомые — в первый день еще встретился. Так и есть, под упаковкой прощупывались характерные яйца «Слез Нирна». Миллион золотом. Деньги за него можно и не получить, но вот кожу срежут запросто, зарастят и по новой.
И я не собирался их оставлять на месте. Глупо. Учитывая ин Наороста в бочке и убитого мною верховного жреца Ситруса рядом. Поэтому, снявши голову по волосам не плачут.
Не пожалел ускорения от «Когтей Дисса» на перенос сокровищ, и теперь не скрывался, а двигался максимально быстро. Добычу перенес не в дом с эльфами, а в пустующий через улицу от него. Потребовалось четыре раза. И это с моей грузоподъемностью за полтонны. Ни на секунду не забывал наблюдать за всем, как и о времени. Но связка моих артефактов — она просто заставляла летать, для того и платил за них большие деньги.
Проносился над стенами, пересекал легко купола, прыгал по крышам.
Грабеж — это попутная деятельность. А теперь настало время основной.
Вновь оказался во дворе.
Начинаем.
Действовал по плану. Часовой рядом с рабским бараком одарил белым волком, двое спящих — серыми хищниками. Привязанный усилил — опять же рыжим с подпалинами. Все твари матерые. Мне почти под подбородок, были бы живы хозяева — дел бы наделали. Не забывал каждую нанесенную рану, дополнительно расширять клинком Дангжана, как и мертвеца возле дверей.
Охранники в будке отправились в царство Мары последними и мгновенно. К моему сожалению оба не имели тотемов. Но в целом, не критично. Уже мертвецам каждому нанес не один десяток колотых ран, будто вымещая лютую злость и демонстрируя сумасшествие. Надоело мне играть в мясника, но пришлось засучить рукава. Что требовалось, для создания нужного антуража и правильного психологического портрета, где вишенкой на торте станут обнаруженные эльфы.
На стол водрузил головы, повернув их так, что они обе смотрели на записку на столе, приколотую родовым клином: «Я заставлю тебя страдать, грязный мрок!». И еще каждому свернутые в трубочки послания сложил: «Доволен?» и «Слезы матерей и вдов на твоей совести!».
И посадил безголовые тела на топчан, создав картину дружеских объятий. Нормально. Над ними обычным ножом воткнул в стену еще одну записку: «Это только начало!».
Открыл ворота изнутри. Все оценил — нормально.
Последнее.
За сто ударов сердца — именно такой максимально возможный таймер можно было установить для зарядов, да еще и под моими ускорениями можно сделать многое. Активировал бомбы в сокровищнице и снаружи, взлетел на свой наблюдательный пункт на счете тридцать пять. Выглянул из-за конька. Именно сейчас наставал один из важнейших моментов.
Сначала глухо ухнуло внизу, взрыв получился нормальный — из зарешеченных окон на уровне поверхности вырвалось пламя и пыль. А после мгновенно полыхнули повозки практически разом.
И началось…
Заносились заполошно станры по двору, кто-то заорал, к нему присоединилось не один и не два голоса, затем десятки, истошный женский вопль с третьего этажа, подхватил еще один, ржали лошади и тирки, блеяло все стадо, замычали волы.
Пламя рождало мечущиеся по двору тени.
