Два сгоревших до половины факела были воткнуты в землю возле большого восьмиугольника и Ринвор со своими людьми удалились к ближайшим деревьям. Руна проводила их спокойным взглядом и когда те растворились во мраке, вытянула перед собой руки. Из каждой появилось по паре струй голубого цвета, стали сплетаться, свечение расширялось, и вскоре образовался огромный светящийся шар. Увеличившись в диаметре примерно до четырёх метров, шар медленно двинулся к спящей девушке, завис над ней и принялся вращаться. Снизу из него тут же вытянулись две спицы. Присмотревшись, я разглядел на их концах маленькие крючочки, похожие на рыболовные. Такое ощущение, что они должны были зацепить метку, словно рыбёшку.
То, что открывалось взору, на какое-то время отвлекло от основной задачи, и я вздрогнул, когда кол едва не выпал из руки. Бросив на него секундный взгляд и сжав ладонь сильнее, я снова заворожено уставился на происходящее.
Спицы уже приблизились к девушке, коснулись её тела в районе левой груди и стали вращаться вокруг оси. И тут проявилась метка.
Из того места, куда прикоснулись спицы, взметнулось вверх сразу несколько щупалец, ярко-красных, похожих на тонкие язычки пламени. Цвет их сильно удивил. Я ожидал, что всё связанное с Тьмой должно быть непременно чёрным.
Пара щупалец вступили в схватку со спицами, обвив их, словно удав добычу, остальные же, как я успел подсчитать — четыре штуки, разлетелись кровавыми сгустками в разные стороны и упали на землю.
— Глемы! — раздался крик Руны, и я машинально поднял меч, вперившись глазами в одно из мест, куда упал сгусток. Земля там стала подниматься чёрным столбиком диаметром сантиметров в сорок, в каждую секунду становясь вдвое выше. — Пропусти их! Пусть выйдут!
Крикнув, Руна отвела одну руку в сторону, второю продолжая удерживать шар. За моей спиной раздался хлопок, я на минуту обернулся и увидел Маришу, лежащую на одеяле. С первого же взгляда было понятно, что это лишь иллюзия. Через неё хорошо проглядывался огонь догорающего факела.
Вернув взгляд в сторону маленького восьмиугольника, я застыл от увиденного. Один из земляных столбов уже поднялся ввысь на два с половиной метра, раздался вширь и приобрёл форму человеческого тела. Только голова была очень уж маленькой, размером всего с мяч для волейбола. Хотя, зачем такой твари голова? В правой руке глем держал нечто наподобие дубины и двигался прямо на меня, а чуть дальше за ним принимали человеческую форму ещё три подобных твари.
Едва успев выйти из ступора, я резко отступил в сторону, почувствовав сырость, исходящую от монстра. А изнутри холодной волной накатил страх, дойдя до глотки и едва не сорвавшись с губ вскриком. Тварь была безобразна, сжатая земля, с торчащими корнями растений, возможно и черви внутри, мощные ручища до колен, и рост. Глем был выше меня раза в полтора.
Я застыл, провожая его напряжённым взглядом. Глем, не обратив на меня ни малейшего внимания, быстро двинулся к Марише-иллюзии. Когда из маленького восьмиугольника выходила третья тварь, первая уже колошматила иллюзию дубиной. Значит, при съёме метки заключённые в ней глемы пытаются первым делом убить того, на кого метка поставлена. Хотя, я бы по идее переделал. Сначала снимающего метку, а потом… Хм, переделал…
Иллюзия была на основе воды и потому «терпела» побои безмолвно. Альтор как-то рассказывал о «воздушных иллюзиях». Те могли производить звуки…
Четвёртый глем прошёл мимо меня, я бросился к первому колу, торопливо обмотал вокруг него верёвку, и с силой всадил тот, что был в руке, в землю. Налёг на него всем телом, надавил рывками три раза, вгоняя как можно глубже, и только после этого обернулся.
В моей руке был меч…
Чёрт! А внутри непонятно откуда и зачем появившаяся удаль. Я бросился на последнего глема, который пока не успел дойти до иллюзии и рубанул его по руке.
Но клинок не перерубил её, а застрял! Спину тут же облепили холодные росинки пота. Что за хрень?
Дурак, обругал я сам себя. Видимо сила сжатия у заклинания гораздо больше, чем у кулака Руны. Земля она, конечно, земля, но до какой плотности её можно сжать — это вопрос.
Пришлось в один миг упереться ступнёй в икру глема, рывком выдернуть клинок и приготовиться к ответной атаке. Удивлённый глем замер, но уже через секунду развернулся одновременно с замахом дубины. Едва успев присесть, я с замиранием сердца услышал свист над головой. Судя по нему, скорость движения глемового оружия была далеко не маленькой.
Рубанув мечом по пальцам ближней глемовой ноги, я откатился в сторону, выходя из сектора удара. Вскочил на ноги, встал в стойку, держа меч перед собой. Атакованный глем бросаться на меня не спешил. Он стоял на месте, а возле отрубленных пальцев, словно живой организм, шевелилась земля вперемешку с ярко-красными змейками. Заклинание восстанавливало повреждённую конечность. Зато остальные трое, наконец-то, сообразив, что бьются с иллюзией, разом двинулись в мою сторону.
