— А ещё она сказала, что к нам примкнёт какой-то маг, — торопливо продолжил карлик. — Она видела, как он сражается на нашей стороне.
— Какой маг? — Агри удивлённо уставился на него с застывшей у самого рта кружкой. — Зачем к нам примыкать магу?
Карлик выпятил нижнюю губу, развёл ручонки.
— Маг, маг, маг, — Агри прицокнул губами и нахмурил лоб. — А кто из магов Алькорда мог бы к нам примкнуть? Тарото? Свидольт? Но зачем им?
— Она сказала — он придёт сюда. Получается, он не из Алькорда.
— Бред, — Агри вновь мотнул головой. — Кровь адгрона, Сат’Чиры, маг, который придёт. Где Литка набралась этой чуши? Пошли, разбудим её, — вдруг выдохнул он, грузно поднимаясь из-за стола.
— Но… она же спит.
— И что? Надо точно узнать, что она видела. Может, она обо всём этом прочла в какой-нибудь книжонке.
— Откуда же у неё могла взяться книга?
— Да вот так, как и амулет, приханырила за пазуху, да и читала втихую. Дура. Что в этих книгах хорошего может быть? Только чушь полная от которой мозги набекрень сворачиваются.
Агри уверенно зашагал в комнатку, а Вистус, спрыгнув со скамьи, послушно засеменил вслед за ним. Ох, и не стоило бы будить девчонку, намучилась же с этим видением. Но перечить главарю дважды за день он не решился. Тем более что тот уже был пьян.
Ничего больше сверх того, что сказала раньше, Лита не вспомнила. Она смотрела замутнённым взором на разбудивших её, и единственным желанием у неё было — снова уснуть. Закрыть глаза и провалиться в пустоту, которая даёт телу и мыслям отдых. Но Агри был неумолим. Расспрашивал и расспрашивал, встряхивая время от времени за плечо, когда глаза невольно закрывались.
— Читала? Вспомни, может, ты читала об этом? Ты книги не находила у богатеев? А этот амулет?..
Агри потянулся к изящной птичьей фигурке, но едва его пальцы коснулись её, как он их резко отдёрнул, шумно втянув воздух сквозь сжатые зубы.
— Чревл! Горячий.
— Я же тебе говорил, — тут же вставил своё слово карлик. — Мне тоже пальцы обожгло.
— А почему он её не обжигает? — удивлённо спросил главарь, тря подушечками пальцев об куртку.
— Не знаю. Возможно, этот амулет как-то подстроился под неё. Или она под амулет.
— Чревлова магия! — ругнулся Агри, поднимаясь с корточек, и уже не решаясь встряхивать Литу за плечо, хотя, та снова закрыла глаза. — Ладно, пусть спит. Лекарь осмотрит, подлечит, потом уже и расспросим. Пошли, уродец, выпьем на пару. К чревлу всю эту чушь. Голова от неё раскалывается.
Следующие шесть дней прошли в том же режиме. Переход риг на тридцать — тридцать пять, трапеза и тренировки. До кровавых мальчиков в глазах, до тошноты, до седьмого пота. Опять седьмого?
К концу третьего дня у меня получилось использовать «срезни». Ну, ещё бы. Каждый день по два раза я переводил узел в режим «изучения», с утра, сразу после пробуждения, и перед сном. Разбирался в плетении, «прощупывал» его, пробовал потихоньку собирать, и спустя шесть таких уроков «срезни» первого круга были готовы к эксплуатации. Это обрадовало. Некоторые заклинания могли и вовсе не изучиться, по крайней мере, именно так произошло с «огненной стрелой», которую мне давал Альтор. Остальные же проходили путь обработки и подготовки к использованию гораздо дольше. На «молнию» первого круга ушли две десятицы, на ту же «искру» три. В последнем случае сказалось, что она была моим первым заклинанием.
Впрочем, причина столь быстрого изучения «срезней» не особо удивляла. Помимо утренних и вечерних занятий с этим плетением, я один раз в день, после обеда, занимался развитием узла. Входил в состояние схожее с тем, когда подпитываешься от поля. Единственное отличие — нет шума. Абсолютная тишина вокруг, и только ощущения. В районе солнечного сплетения появляется тёплый шар, начинает вращаться, вибрировать — это и есть узел. И ты принимаешься терзать его неполной сборкой заклинаний, одно за другим, без пауз, оставляя эти куски внутри. И терзаешь так, пока хватает энергии. Я использую для этих целей «молнию» первого круга. Сцепка у боевых заклинаний самая непрочная, способствующая быстрой активации и приведению в боевую готовность в минимальные сроки. В случае не использования, они разрушаются сами в течение нескольких секунд. Плету только начало, тут же останавливаюсь, и начинаю плести следующее, потом третье, четвёртое, пятое. Если ограничиваться начальными кусочками плетений, то хватает на пятьдесят-шестьдесят раз. Я ещё продолжаю плести, а первые уже начинают разрушаться. Напряжение в узле достигает такой силы, что жар в «дыхалке» невыносим. Словно там пылает открытый огонь, или мне в то место поместили раскалённый кусок железа. Да и вокруг тела жарит не хуже. Рассеивающаяся энергия неумолимо нагревает воздух на расстоянии вытянутой руки от меня. Но не бывает апгрейда без боли.
