Обошлось. Пострадали лишь мои нервы, а мужчины получили легкие ушибы, не опасные для жизни. Отчитав незадачливых строителей, я коротко расспросил их о произошедшем. Оказалось, что оставленные на холоде веревки успели покрыться изморозью, и строители не смогли их удержать в руках, когда поднимали бревно на крышу церкви. Поискав глазами Дровина и не найдя его, я поинтересовался, куда запропастился мастер, и мне пояснили, что его увел с собой Древин в сопровождении коротышки гнома.
Быстро сообразив, о каком коротышке идет речь, я наказал строителям быть более осторожными и поспешил обратно к стене – я догадывался, где искать мастеров-каменщиков и неуемного Койна.
Всю троицу я обнаружил на вершине стены, уткнувшихся в расстеленный на большом столе лист пергамента. Они были настолько увлечены бурным спором, что не видели ничего вокруг, и мне удалось приблизиться вплотную, оставаясь незамеченным. Бдительный часовой, видя, как я крадусь на цыпочках, изумленно выпучил глаза, и я приложил к губам палец, приказывая ему сохранять молчание. Страж понятливо ухмыльнулся и приготовился лицезреть душераздирающую картину «Смерть в муках».
Сделав последние шаги, я навис над согбенными спинами, набрал в грудь побольше воздуха и гаркнул:
– Бездельники! Лентяи!
Вся троица синхронно вздрогнула от потрясения и присела. Древин от неожиданности выронил деревянную линейку и расширенными глазами воззрился на меня.
– Бездельничаете, значит?! – с удовольствием повторил я, глядя, как Дровин тянет к себе уголок пергамента. – У нас там люди гибнут, а вы тут без дела сидите! Заняться нечем? Так я найду занятие!
– Как гибнут? – выговорил Древин. – Где гибнут, господин? Неужто зашибло кого?
– А ты как думал? – наигранно удивился я. – Ежели мастер работников без должного надзора оставит, как тут не погибнуть? Считай, двоих человек бревном насмерть зашибло! Будешь знать, как людей без надзора оставлять!
Видя, что братья-каменщики и гном все принимают за чистую правду и на глазах бледнеют, я смилостивился и буркнул:
– Живы они. Но все же это не дело вот так людей бросать!
Облегченно вздохнув, Древин пришел в себя настолько, чтобы суметь объяснить:
– Да я буквально на пару минут отлучился, господин. Уж больно чертежик интересный вырисовывается – ежели малость над ним подумать, то такую крепость отгрохать сумеем, что ни одна тварь перебраться не сможет!
Гном с Дровяном усиленно закивали, выражая свое горячее согласие с Древином, и я невольно заинтересовался:
– Ну показывайте свой чертежик!
Древин проворно расстелил на столешнице большой кусок пергамента, испещренный многочисленными линиями и пометками. Приглядевшись повнимательней, я сумел разглядеть лишь характерный набросок нашей защитной стены и грубо нарисованные очертания ущелья, что разделяло Подкову надвое. Остальные линии и значки оказались для меня непонятны.
Хмыкнув, я обошел вокруг стола и взглянул на чертеж с другой стороны. Понятней не стало.
– Когда вы успели-то? – спросил я. – Гномы не далее чем четыре дня назад прибыли.
– Мы с братом чертеж давно уж начертили, – прогудел Дровин. – А тут вот Койн пару мыслей подбросил – грех не воспользоваться!
– Дело хорошее, – одобрил я. – Вот только всему свое время. Древин, ты возвращайся к церкви и следи, чтобы никого не зашибло. Койн, что у нас с подъемом на стену?
– Сегодня же поднимемся, – несколько смущенно ответил гном. – Все необходимое уже готовят. Пока время есть, решили над планом крепости покорпеть.
Вздохнув, я кивнул и, оставив мастеров за работой, в сопровождении Древина отправился прямиком к строящейся церкви. Саму постройку я уже осмотрел, и теперь меня интересовал отец Флатис, который, несомненно, находился где-нибудь поблизости.
Священника я обнаружил в двух шагах от фасада бревенчатой церкви, задумчиво осматривающего скелет будущей кровли. Поприветствовав отца Флатиса, я недолго думая ухватил его за локоть и, невзирая на бурные возражения, повлек за собой к пещере.
Пройдя через всю пещеру, я добрался до своего закутка, усадил недоумевающего священника на кровать и тщательно занавесил входной проем толстой шкурой, выполняющей роль двери.
Обернувшись к удивленному отцу Флатису, я пояснил:
– Прошу прощения, отец Флатис, пару минут назад в моей голове возникла безумная мысль, и с вашей помощью мне надо ее срочно проверить.
– Внимательно слушаю, сын мой, – незамедлительно ответил отец Флатис и поудобней устроился на кровати, приготовившись слушать.
Несколько минут я молчал, собираясь с мыслями, – я не солгал священнику, когда говорил, что внезапная догадка осенила меня буквально пару минут назад. Когда я спускался со стены, то вновь бросил взгляд на строящуюся церковь и увидел, как один из задетых упавшим бревном рабочих прихрамывает и растирает ушибленное бедро. Столь незначительное наблюдение вызвало в моей голове цепочку связанных друг с другом событий, произошедших со мной за все прошедшие месяцы.
Сейчас я заново прокрутил в голове все воспоминания и догадки и, только убедившись, что ничего не упустил, начал говорить:
