— Не! — отмахнулась. — Это единственные существа, которые никоим образом не убедишь истреблять сверхъестественных существ. Считается, что первыми были именно демоны, и другие виды уже проистекают от них. Ты должна знать, Катя, что не каждого человека можно обратить в то или иное существо, для этого должна быть веская причина, или же… предрасположенность.
— Что это значит? — нахмурилась в удивлении, поддаваясь ближе.
Было видно, что Кире не особо приятна данная тема, но и меня держать в неведении не могла. Может для кого-то мои вопросы и кажутся глупыми, логичными, я же только вступала этот «
— Начнём с того, что никому невозможно стать ведьмой, тут: или есть способности или нет. Стать вампиром или оборотнем возможно, если человек является истинной парой того или иного вида, такой союз считается священным, но в ритуале участвуют ведьмы, без этого никак. Тяжелее всего стать демоном. Если в человеке, так скажем, течёт демонская кровь, даже в малых количествах, то переход осуществится, если же этой крови нет, человек обратится в низшего демона, лишённого души, и будет прислуживать в Аду в качестве обычного слуги.
— Как понять, что в человеке течёт демонская кровь?
— Чаще всего — никак, это игра в лотерею, хотя бывают исключения. Например, Ева — лучшая подруга Лилит, была человеком, но её очень далёкий предок является Герцогом Ада, и многие поколения его кровь текла по жилам предков девушки, поэтому, когда Ева стала демоном, смогла сохранить душу, и сейчас занимает высшее место в иерархии своего вида. К слову, её брат стал оборотнем, и после обращения в нём проснулись силы Альфы, что считается ещё бОльшей редкостью.
— А ты? Ты же Хранительница. Пенелопа рассказывала, что подобных тебе не существует.
— Герцог Ада, являющийся древним предком Евы, везде поспел в своё время, — неопределённо хмыкнула девушка, оставляя на стол полупустую чашку, сцепляя пальцы в замок на подлокотнике кресла. — Также Лилит и я. Мы обе являемся кем-то вроде правнучек этого демона.
— Это возможно? — искренне удивилась, не мигая, изучая блондинку.
— Вполне. Но не думай, что таких совпадений не бывает и всё в том же духе. Абигор, как зовут Герцога, тщательно выискивал своих предполагаемых потомков, и началось всё с Евы. Я не особо контактирую с ним, потому что не верю, да и он от меня избавиться пытался, но это уже другая история, — отмахнулась девушка, а я поражалась всё больше.
То, с какой лёгкостью рассуждала Хранительница, настораживало, немного пугая. Конечно, у неё было больше времени внедриться в этот мир, всё изучить и сделать выводы, но всё же…
«
— Если моё родство с… — замолчала, осознавая, что при Нэрайе нужно быть аккуратной. — С сама знаешь с кем, — продолжила, неопределённо указывая куда-то на стену рукой. — Подтвердится, то… Что это будет значить?
— Ты — ведьма, Катя. Такой была и Лилит, но её жизни угрожала реальная опасность, и Левант помог ей избежать смерти, тем самым подруга стала неким гибридом, имея не только ведьменские силы, но и часть демонских. Да и ты не совсем ведьма…
Что ж, после всего узнанного, мне и самой это было понятно, без чьих-либо объяснений. Вот только…
— Нэрай, — обратилась я к мальчику, который даже не прикоснулся к круассану, а всё медленными глотками пил чай. — Мы провели с тобой обмен силами, ты сам это предложил. Что ты знаешь об этом более… детально?
Ведьмак отставил кружку на стол, оборачиваясь ко мне полу боком, кладя маленькую ладошку на грудную клетку чуть выше сердца. Сделал он это явно не просто так. Я ощутила тепло, разливающееся по телу, напитывающее энергией каждую клетку организма.
— Мы обменялись силами. То, что доступно мне, теперь доступно тебе, и наоборот. Даже на расстоянии мы можем ощущать боль друг друга, а в какой-то момент научимся мысленно общаться. Мама рассказывала мне об этом, но не так много, — ровно пояснил Нэрай, пронзая своими непривычно взрослыми глазами.
— То есть, чисто гипотетически, если кто-то ранит меня, ты… ощутишь это? — уточнила.
— Да.
— Если я буду переживать траур, к примеру?
— Я почувствую твою боль.
— А положительные эмоции?
— Отчасти. Настройка идёт больше на негатив, своего рода это защитный механизм. Если кто-то попытается причинить тебе боль в любом её виде, я почувствую это, потому что опасность в тот момент будет угрожать не только тебе, но и мне. Без нашей связи, мои силы вернуться к начальной точке, утратив некую… мощь, а когда магия растёт, ей не хочется терять даже малейший резерв.
— Хочешь сказать, что магия — это что-то вроде живого… организма?
— Можно сказать и так.
