Я пытаюсь сосредоточиться на листах, которые мне всучил Анатолий, но строчки убегают, и я никак не могу понять сути написанного.
– Это что? – наконец-то спрашиваю я. – Что это значит?
– Это значит, что ты сейчас соберешь свои вещи и уйдешь, – говорит Толик, забирая у меня документы. – Еще раз говорю для тупых. Квартира моя. Документы выписаны на меня. И если бы ты знала, как ты меня достала. Вечные разговоры про маму, про Лизу. А я не хочу, чтобы здесь бегали какие-то спиногрызы, и командовали чужие тетки.
– Моя дочь не спиногрыз, – зло говорю я.
– Лолита, – Ирка с издевкой произносит мое имя. – Тебе уже пора. Ты нас отвлекла от довольно интересного занятия. Правда, милый?
– Но ведь деньги на эту квартиру были мои? – я растерянно смотрю на Толика, не обращая внимания на бывшую подругу. – Как?
– Тебе же всегда некогда, – спокойно говорит он, натягивая боксеры и штаны, которые тоже я покупала. – По всем инстанциям пришлось ходить мне. Вот я решил, что за время, проведенное рядом с тобой, мне нужна хоть какая-то компенсация.
– Если я настолько была тебе противна, почему не ушел?
– От таких лохушек не уходят, – ухмыляется бывший. – Их используют.
Слезы душат, и я держусь из последних сил.
– Ну ладно хватит разговоров, – Толик достает из шкафа сумку и начинает сбрасывать туда мои вещи. – Тебе действительно пора.
– А если я не уйду? – хватаюсь за последнюю соломинку.
– Я вызову полицию, – мужчина раздраженно продолжает заталкивать мои вещи, достав уже вторую сумку. – Они тебя проводят под белы рученьки.
Он выносит сумки в коридор и снова возвращается в спальню, где я стою, привалившись к стене. Растоптанная, униженная, одинокая.
– На выход, – он крепко хватает меня за локоть и тащит в сторону выхода.
Открыв дверь, Толик буквально вышвыривает сумки на лестничную клетку, и меня подталкивает туда же. Ирка стоит в дверном проеме спальни, завернувшись в покрывало, и с удовольствием наблюдает за этой безобразной сценой.
– Еще один вопрос, – я останавливаюсь на пороге и смотрю на бывшую подругу. – Как давно?
– С первого дня, как я к вам приехала, – победоносно провозглашает Ирка. – А ты дурочка даже не заметила.
Переступаю порог. За спиной захлопывается дверь, только теперь я осознаю, что мир рухнул.
Лишь сейчас, стоя на лестничной площадке, чувствую, как жестокая реальность проникает сквозь кожу. Все, что было рядом, все, что я считала устойчивым и надежным, вмиг рассыпалось в прах.
Каждой клеточкой своего тела ощущаю эту пустоту, эмоции путаются, становятся неуправляемыми. Порыв словно смерч, уносит меня в неизвестность и не оставляет выбора. Я заложница этого мрачного момента, где кажущаяся безмятежность превращается в густой туман безысходности.
Нажимаю кнопку лифта, глядя в пустоту. Выйдя из подъезда, сажусь на лавочку в надежде, что сейчас придет какое-то решение проблемы. Но в голове звенящая пустота. Куда идти? Подруг у меня здесь уже нет. Можно, конечно, позвонить Зое. Но как объяснить, что Толик выгнал меня из собственной квартиры? Вернее, несобственной. Как? Как я могла так ошибиться?
– Тетя, скажите, пожалуйста, сколько время? – вопрос, проезжающего на самокате мальчика, отвлекает меня от грустных размышлений.
– Половина третьего, – на автомате отвечаю я, глядя вслед, удаляющемуся ребенку. – Половина третьего, – задумчиво повторяю я. – Блин! Половина третьего!
Только сейчас ко мне возвращается способность думать. Через два часа мне необходимо быть на собеседовании, а я даже не знаю, где можно оставить вещи. Проверяю баланс в онлайн-банке, чтобы понять, на какие средства могу рассчитывать и понимаю, что я не могу себе позволить снять номер в отеле. Надо поискать что-нибудь подешевле, но и не совсем ночлежку, а как только устроюсь на работу, попрошу, чтобы выписали аванс, и подыщу себе квартиру. Снова переезд мамы и Лизы откладывается до лучших времен.
Отправляюсь на вокзал, чтобы оставить сумки в камере хранения. Просто катастрофически не хватает времени, чтобы прямо сейчас найти хоть какое-то пристанище. Займусь этим после собеседования.
Дорога до вокзала, а потом до офиса занимает больше часа. На пороге “Пегаса” я оказываюсь без пятнадцати четыре. Подойдя к ресепшену, я называю свою фамилию и получаю временный пропуск. Пройдя через турникет, поднимаюсь на лифте, на десятый этаж, прохожу по коридору и останавливаюсь возле заветной двери.
Табличка с надписью “генеральный директор” подсказывает, что здесь мой маршрут по лабиринту коридоров закончен. Берусь за ручку и уверенно открываю дверь в мое светлое будущее.
Меня встречает миловидная женщина, на бейдже которой написано, что зовут ее Ирина Петровна. Я невольно морщусь, теперь от имени Ирина у меня будет начинаться изжога.
– Лолита Александровна? – женщина приветливо улыбается мне.
– Да, – коротко отвечаю я.
– Андрей Дмитриевич примет вас через пять минут. Чай, кофе?
– Нет спасибо, – у меня возникает вопрос, “Как можно выпить чай или кофе за пять минут?”, который так и остается невысказанным. Понимаю, что Ирина Петровна действует только на рефлексах.
