- Я не спущу тебе этого с рук, - отчаянно всхлипываю я и закрываю глаза.
Жмурюсь, сжимаю руки в кулаки и стараюсь сохранить в себе эту ярость, отпечатать её в
памяти, чтобы потом вернуться вместе с ней и поставить мужа на место. Бывшего мужа.
Уверена, что к тому моменту Юра постарается сделать всё, чтобы нас с ним развели.
- Ну что ты смотришь на меня, как на врага народа? — спрашивает заведующая этим
злополучным местом. — Мы отказаться принять тебя не могли. лучше было под себя при
мужике ходить, что ли? Понимаю, что ты всё пыталась самостоятельно делать, но вот что я
тебе скажу — лучше даже, что он тебя сюда отправил. Те таблетки, которыми тебя пичкал
муж, угнетали нервную систему и ничуть не способствовали выздоровлению. Полежишь у
нас, витамины покапаем, и будешь, как козочка, прыгать. Я тебе гарантирую это!
Отвожу взгляд в сторону. Я знала, что с этими таблетками что-то не так, чувствовала себя
после них слишком слабой, но всё равно пыталась оправдать мужа. И вот теперь получила
подтверждение.
- Радуйся, что показал себя мужик ненадёжным сейчас, а не спустя годы, когда уже и
молодость утрачена. Ты же молодая девчонка ещё. Как угораздило за таким козлом
замужем оказаться?
Смотрю на женщину и пожимаю плечами. Она вроде бы строгая, но в то же время
чувствуется, что добрая у неё душа. Стала бы она сейчас разговаривать со мной в ином
случае? Убеждать, что всё будет хорошо?
- Полюбила, - отвечаю я.
- Любовь зла, а козлы этим пользуются, - кивает женщина и присаживается на
противоположную пустующую кровь. - Баб Валя тут до тебя жила. Померла, бедная.
Хороший был человек, царствие ей небесное.
Я передёргиваю плечами. Понимаю, что в стенах этого заведения не один человек умер, и
всё равно мурашки пробирают.
- Да не волнуйся ты так. Сорок дней уже прошло. Упокоилась её душа с миром. Как сама
оказалась в такой ситуации? Я ознакомилась кратко с твоей историей болезни. Авария.
Поджимаю губы, потому что не хочу говорить об этом, а женщина и не настаивает.
Она легко переводит тему и спрашивает о моих родных.
- Неужели никого, кроме муженька, не осталось? А как же мама?
- Умерла, когда мне было пятнадцать, - сухо отвечаю я, всем видом показывая, что
размусоливать эту тему не желаю.
- Пусть земля ей будет пухом. В детдоме до совершеннолетия жила?
- У тетки, но я ей не нужна, она только рада была от меня избавиться. Так что у меня есть
только я сама. И я справлюсь.
- А вот такая уверенность мне нравится. Ты тогда от еды не отказывайся. Готовят у нас
хорошо, сами порой обедаем в столовой. Два дня у нас, а кроме чая, ничего не взяла. Где
же ты сил набираться будешь? Нянечки переживают за тебя.
Молоденькая же совсем ещё — двадцать лет. Жить тебе ещё и жить, а мужика этого через
слог «да» ты поставишь на место. Я тебе пособлю всем, чем смогу, чтобы поправилась
поскорее.
Выдавливаю улыбку и благодарю женщину.
Она права — мне нужно набираться сил, а не лежать и не распускать сопли. Я пообещала
себе, что отомщу Юре, и я обязательно сделаю это. Он поступил со мной слишком
скверно, и я так просто не спущу ему эту обиду с рук. Костьми лягу, но он прочувствует на
собственной шкуре всю боль, что испытала я, слушая, как он удовлетворяет свою
любовницу Сердце сжимается, а на глаза наворачиваются слезы.
Пытаюсь присесть, но в позвоночнике разливается сильнейшая боль, и я падаю.
- Давай только будем реалистами, ладно? Без спешки! В таком деле спешки не должно
быть. Меня, кстати, Ольгой Ивановной зовут. Знаю, в день знакомства не услышала, ты
вообще ничего, кроме собственной боли, не слушала.
- Спасибо. Я постараюсь.
- У нас врач очень хороший. Он осмотрит тебя и подскажет, какие нужно зарядки делать, чтобы постепенно напоминать своему телу, как нужно двигаться правильно.
В твоём деле торопыжкой быть нельзя, чтобы хуже себе не сделать.
Смотрю в белый потолок. Я ведь даже на улице не была несколько месяцев.
Сначала больница, реабилитация после аварии, а потом квартира. Юра не особо-то
беспокоился о моём состоянии. Сам он легко отделался и радовался этому. Я не хотела
выглядеть жалкой перед ним. Всё это время мне помогал социальный работник. Муж
только ужин приносил и воду.
Глаза снова щиплет, стоит вспомнить эти проклятые стоны... Озверевший взгляд мужа и
хохот его подружки.
Ненавижу обоих.
Мысленно перетекаю в день аварии. Я не винила мужа в случившемся, говорила себе, что
сама согласилась, сама во всём виновата, но теперь не хочу оправдывать его.
- Алина, я в адекватном состоянии. Я поведу машину.
- Юр, ты выпил. Давай я сяду за руль?
- Я хочу повести сам! Ну что ты такая бушная? Не нравится что-то, вызови такси!. Ты во
мне сомневаешься, что ли? Я выпил совсем немного... Я же люблю тебя! я о тебе забочусь
и никогда не наврежу тебе.
И я села на пассажирское сиденье. Юра запечатлел страстный поцелуй на моих тубах, обещая, что дома нас ждёт жаркое продолжение. Вот только за рулём он обезумел.
Скорость становилась всё выше, сердце заходилось в груди от страха. Я готова была
разреветься, умоляла его сбавить скорость, но он только набирал её.