— Но, если хотите, могу посоветовать коллегу. Отличный специалист в таких делах.
Он продиктовал номер, а я поблагодарила и сразу же позвонила.
На третьем гудке мне ответил мужчина с глубоким и уверенным голосом:
— Андрей Викторович, слушаю вас.
— Здравствуйте, меня зовут Маргарита Евгеньевна. Мне ваш номер дал Артем Олегович. У меня есть вопрос, по которому я хотела бы проконсультироваться.
— Добрый день. Да, конечно, слушаю вас.
Я вкратце рассказала ему о ситуации с Кириллом: о его требовании вернуть деньги за ипотеку, о том, что он утверждает, будто платил две трети платежей, и даже упомянула про возможные "доказательства". Андрей Викторович слушал внимательно, не перебивая.
— Вы говорите, что он утверждает, будто платил две трети. А как обстояли дела на самом деле? — спросил он, когда я закончила.
— Несколько раз он действительно вносил деньги, но это было давно и далеко не регулярно. В основном я оплачивала ипотеку сама.
— Понимаю. А у вас сохранились какие-либо подтверждения платежей: квитанции, выписки со счетов?
— Да, конечно. У меня есть полный архив.
— Это хорошо. Но важно понимать, что если у него есть доказательства оплаты, суд может принять их во внимание. Вам нужно будет доказать, что вы также участвовали в выплатах, и объяснить, почему он вносил деньги.
Я нахмурилась, сжимая телефон крепче.
— Но это же несправедливо! Это была наша общая квартира, и он тогда говорил, что хочет помочь!
Юрист вздохнул.
— Справедливость в суде часто зависит от того, как вы сможете аргументировать свою позицию. Я бы советовал вам подготовить все документы и, если возможно, найти свидетелей, которые могут подтвердить вашу версию событий. Также мы можем выдвинуть встречный иск.
В этот момент я услышала звонок в дверь дверь, и я впустила Рому. Он взглянул на меня, потом на папку с документами на столе.
— Хорошо, я соберу всё, что есть, — быстро закончила я разговор. — Спасибо вам. Я перезвоню.
Я положила трубку и увидела, что Рома держит в руках повестку в суд.
Рома шагнул ближе и, прежде чем я успела понять, что происходит, притянул меня к себе за плечи. Его руки были тёплыми, а объятие — таким уверенным, что у меня перехватило дыхание.
— Рома… — начала я, но он мягко прервал мои слова, нежно поцеловав меня в губы.
Это было неожиданно, но не обидно. Напротив, в его прикосновении была такая смесь нежности и упрямства, что я невольно расслабилась. После поцелуя он медленно провёл губами вдоль моей шеи и замер, словно пытаясь найти ответы на свои вопросы, прижимаясь ко мне.
Я закрыла глаза, чувствуя его дыхание на своей коже. Мы так стояли несколько долгих секунд, прежде чем он тихо спросил:
— Расскажи, что случилось.
Я чуть отстранилась, чтобы встретиться с его взглядом, и вздохнула:
— Кирилл подал на меня в суд. Хочет вернуть деньги за ипотеку.
Его глаза потемнели, и он нахмурился.
— Он что, совсем с ума сошёл?
— Говорит, у него есть доказательства, — ответила я, чувствуя, как его руки, сжавшиеся на моих плечах, постепенно ослабевают.
Рома снова внимательно посмотрел на меня.
— И ты думаешь, это серьёзно?
— Я уже говорила с юристом. Он советует собрать документы и готовиться к суду.
Он медленно опустил руки, но вместо того, чтобы отстраниться, осторожно взял меня за талию, приподнял и усадил на край стола.
— Послушай меня. Ты ему ничего не должна. Всё это просто попытка манипулировать тобой.
— Рома… — начала я, но он перебил:
— Я разберусь с этим.
— Подожди, не надо…
Он не дал мне закончить, аккуратно сняв меня со стола, словно я была хрупкой фарфоровой статуэткой.
— Всё будет хорошо, — бросил он, выходя из квартиры.
Я растерянно посмотрела ему вслед, чувствуя, как в груди разливается смесь тревоги и странного тепла.
Рита
Я возвращаюсь на кухню и начинаю варить себе какао. Не пила его, кажется, тысячу лет, но сейчас вдруг захотелось. В голове всплыли воспоминания о детстве: уютные вечера, когда мама наливала мне горячий, ароматный напиток. С какао всегда ассоциировались спокойствие и тепло, которых мне сейчас так не хватает.
С кухни я выхожу с большой пузатой кружкой, на боку которой красуется черный кот. Устроившись на диване, накидываю на ноги любимый плед. Сейчас это кажется обязательным ритуалом — создать себе кокон уюта, чтобы навести порядок в мыслях.
На что я настраиваюсь? Всё просто. Хочу наконец разобраться со своими тараканами, которые последнее время устроили в голове вечеринку. Они никак не уживаются с чувством, что зреет во мне с тех пор, как в моей жизни появился Роман.
Роман Андреевич. Роман Сатисфаерович. Просто Рома. Мужчина с тысячей лиц, каждый из которых меняет что-то во мне.
Делаю глоток какао из кружки и блаженно жмурюсь.
"Всё будет хорошо", — так хочется верить словам Ромы.
Но в глубине души я не могу перестать волноваться. Что бы он ни задумал, я надеюсь, что это не включает физическое воздействие на Кирилла. Этот самоуверенный тип сейчас буквально сияет от ощущения победы. Будто суд уже назначил ему "справедливое" решение, и мне остается лишь наблюдать, как он торжествует.