– Подождите! Пожалуйста, стойте! – отважный секретарь раскидывает в сторону руки и чуть ли не грудью бросается на дверь кабинета нашей начальницы. – Вам туда нельзя! Не сейчас! Не сегодня!Но дикую фурию в моем лице не остановит теперь ничего. Сдуваю челку с лица и разминаю костяшки.Девица отступает. А я со всей силы дергаю дверь на себя. По ту сторону слышу голос начальницы.А уже через миг застываю.Над Ниной Ивановной, нашей начальницей, нависает… Мой муж!И они здесь явно не отчеты готовят!Муж меня замечает. Поворачивается. И смотрит так пораженно, будто бы я – последняя, кого он ожидал тут увидеть.– Женя? – каркает почему-то озлобленно. – Ты какого черта тут делаешь?Я?! Какого черта здесь делаю я?!– Какого черта здесь делаешь ты?!
– Подождите! Пожалуйста, стойте! – отважный секретарь раскидывает в сторону руки и чуть ли не грудью бросается на дверь кабинета начальницы. – Вам туда нельзя! Не сейчас! Не сегодня!
Но дикую фурию в моем лице не остановит теперь ничего. Сдуваю челку с лица и разминаю костяшки.
Во мне сейчас столько злости, агрессии, что я и ударить могу! Хотя никогда в жизни еще не дралась! Но за честь нашей с Антоном семьи я готова пустить в ход кулаки!
– Пропустите! – требую я. – Иначе…
Девица, видя настрой, отступает. А я со всей силы дергаю дверь на себя. По ту сторону слышу стоны начальницы.
Стоны эротического характера.
Дверь распахивается, ударяясь ручкой о стенку и поднимая порыв холодного воздуха.
А я застываю.
Нет. Я до последнего в это не верила.
Но свои глаза не обманешь.
Повалив Нину Ивановну прямо на стол, сверху над ней нависает… мой муж. Со спущенными штанами.
И они здесь явно не отчеты готовят!
– Антон… – не узнаю собственный голос. Сиплый, и будто сломанный тем, что увидеть пришлось.
Часто-часто моргаю. На глаза тут же наворачивается пелена слез.
Но я не позволяю себе разрыдаться.
– Я же говорила… – тихо пищит девушка секретарь где-то сбоку. Не обращаю внимания.
Муж наконец меня замечает. Прекращает пошлые похотливые движения. Чавкающие звуки стихают.
Он хватает одной рукой ремень своих брюк, чтобы те не упали.
Поворачивается. И смотрит так поражено, будто бы я – последняя, кого он ожидал тут увидеть.
– Женя? – каркает почему-то озлобленно. – Ты какого черта тут делаешь?
От его тона я вздрагиваю.
Я? Какого черта здесь делаю я?!
– Какого черта здесь делаешь ты?! – кричу на него, сжимая свои кулаки.
Часом ранее…
«Грымза опять запрягла. Провожусь с отчетами до вечера. Меня не жди. Езжай домой одна. Люблю. Целую»
«Муж» – лаконично гласит мой новенький айфон последней модели. Подарок того самого мужа на мое день рождение. Сама бы себе такой ни за что не купила. Дорого слишком. Да и мы экономим. Алешку в супер детсад устроили. Говорят, там что не выпускник – гений. Ну и плата за все это соответствующая, конечно. Поэтому, каждая копеечка на счету.
Вздыхаю, чуть-чуть полюбовавшись своим телефончиком. Что ж, на таком красавчике даже грустные смски приятно читать.
Быстро печатаю мужу в ответ, что мы с Алешкой будем ждать его дома.
И все-таки улыбаюсь. Беспечно. Как может только женщина по-настоящему счастливая в браке.
Чего мне грустить?
Дом – полная чаша. Сынишке четыре уже почти. Умница, будущий покоритель женских сердечек. Муж меня любит, опять же. Вон балует как. На такие подарки нелюбимой жене разве рассщедрился бы?
Мы с Антоном вместе со школы. Он мой первый, единственный. Опора. Защитник. Обожаю его! И до сих пор иногда своему счастью не верю. Он ведь красавец, каких поискать. Высокий, широкоплечий, жгучий брюнет с таким пронзающим взглядом.
А я что?
А я Женя.
Просто Женя Прокофьева. В 27 лет мама замечательного сынишки, круглая отличница в прошлом в школьные времена. Ну… И не так чтобы прямо красавица.
Обычная. Ничего во мне выдающегося. Да и поклонники штабелями укладываться не очень спешат.
Ну я и не жду.
Антона люблю больше жизни.
– Жень, может в кафешку после работы зарулим? Я слышала, тут за углом открылось одно, – предлагает мне Ксюша. Коллега. Мы с ней уже целый год бок о бок работаем в этом рекламном агентстве. Наши столы находятся рядом. А так в кабинете еще тридцать сотрудников. Но коллектив не сильно сплоченный. Когда я сюда работать пришла, все уже давным-давно на свои группы и стайки разбились.
Вон, с одной только Ксюшей общий язык и нашла.
Я придирчиво гляжу на часы. Губу жую неуверенно.
– Хочется, конечно. Так давно уже не выбиралась никуда даже просто кофе попить. Но надо Антону еще ужин приготовить. Он поздно сегодня приедет.
Ксюша фыркает.
Она моего мужа вообще почему-то не любит. А я никак не могу понять почему.
– Он у тебя без рук что-ли? Сам пельменей не сможет сварить?
– Не любит он пельмени. Да и какая хорошая жена мужа пельменями будет кормить? Сбежит, – поддеваю я Ксюшу. Она девушка одинокая, так что считаю, имею полное право наставлять ее на истинный путь и по чуть-чуть поучать.
– Ага, – беззлобно отзывается Ксю, параллельно выписывая сводки в отчет. – А вот если ты ему каждый вечер мешленовские блюда будешь готовить, то тогда да. Тогда не сбежит.
Я пожимаю плечами. К чему мы вообще этот разговор завели?
– Не в еде у мужиков счастье. Ох, не в еде, – философски замечает подруга. А я все равно остаюсь при своем мнении, хоть и не спешу больше доказывать ничего.
У нас с Антоном помимо «еды» есть еще чувства. Вот это самое главное. А всем остальным я просто наше семейное счастье стараюсь дополнить.
– Насчет кафе, я все-таки пас, – говорю Ксюше, когда рабочий день подходит к концу.
Та безразлично пожимает плечами.
– Как знаешь.
