Я перевожу взгляд за окно: уже темнеет.
— Конечно, я не требую бросать важные дела. Если ты занят, мы могли бы увидеться позднее. Просто знай, я жду нашей встречи.
— Я просто приехал проведать родителей, завез им кое-какие продукты из супермаркета. Знаешь же этих стариков, если где-то есть акция, стремятся сэкономить. Попросили меня заехать, мне было несложно.
Нравится его позиция и то, как он не скрывает своих поступков, но в то же время не старается их приукрасить и придать им большей значимости в глазах других людей. Этим он кардинально отличается от Матвея. У моего супруга в последнее время на первое место вышел только лоск, слава и хорошая молва. Ему было важно, чтобы о нем говорили только хорошее, и он любил превознести себя…
Кажется, я еще долго буду сравнивать мужчин, это неизбежно после пребывания в столь длительных отношениях, как у меня в браке с Матвеем. В то же время я уверена, что сравнение будет всегда в пользу Семена.
Поболтав еще немного, мы договорились, что Семен заедет за мной через час.
Я приоделась покрасивее… Пальцы немного задрожали, когда я достала новый комплект белья, купленный недавно. Поддалась уговорам продавца-консультанта, а потом корила себя за необдуманную трату.
Но сейчас, надев его, внимательно посмотрела на себя в зеркало и со сладким замиранием внутри подумала, что готова сделать следующий шаг и пообещала себе, что не буду об этом жалеть.
Однако вечер пошел не по плану…
Сколько времени прошло?
Я меряю шагами пространство квартиры, часто замирая у окна, выходящего во двор.
В ожидании, пока появится Семен, смотрю вниз. Машину Семена знаю прекрасно и точно бы не пропустила ее появления. Но автомобиля Семена все нет и нет…
Достаю телефон, смотрю на время.
Прошло три с половиной часа. Уже так поздно…
За окном не просто поздний вечер, но начало ночи.
Может быть, Семен задержался у родителей?
Или, отправившись ко мне, он застрял в пробке?
Хотя непохоже… Час-пик давно прошел!
Я уже звонила ему, но мой звонок остался без ответа.
Пробую набрать номер Семена еще раз…
Немного позднее.
Проходит двадцать минут. Снова звоню.
Ничего…
Потом еще и еще…
Снова тишина.
Да что же это такое?!
Он не онлайн…
Настроение стремительно катится вниз, по наклонной.
Во мне не остается ни капли желания проводить этот вечер интересно. Я перенервничала, пока решилась намекнуть Семену на более близкое общение, и то нервное ожидание, которое происходит прямо сейчас, утомляет еще больше.
Не похоже, что Семен набивает себе цену… Нет, он не из таких мужчин.
За последнее время я узнала его очень близко и поняла, что раньше не знала о нем почти ничего. Удивительно глубокий и разносторонне развитый человек. Очень отзывчивый и неравнодушный!
И как трепетно он относится ко мне.
Нет, не могу поверить, будто Семен мог нарочно заставить меня ждать. Тем более, он знает, насколько я осторожна в продвижении наших отношений.
Снимаю платье, стоя перед зеркалом. Даже красиво наложенный макияж кажется тусклым. Я решаю умыться и едва успела смочить ватку мицеллярной водой, как услышала звонок телефона.
Мигом оставив ватные диски и средство для снятия макияжа, я выхожу из ванной.
Чувствую, как сердце замирает, по венам растекается противный холодок.
Такое ощущение нехорошее… Даже подташнивает.
Еще не знаю, кто звонит, и по какой причине. Но подобные чувства всегда распознаешь среди десятков тысяч других.
Это голос интуиции, которая подсказывает, что дела плохи…
Номер Семена.
Наконец-то!
— Семен! — выдыхаю радостно. — Наконец-то! Я совсем тебя заждалась. Что случилось?
— Здравствуйте. Представьтесь, пожалуйста, — отвечает незнакомый мужской голос.
Сердце падает в пятки, грохочет едва слышно.
— П-п-простите. Что?
Может быть, я не так расслышала?
— Вы позвонили как раз в момент, когда мы осматривали вещи пострадавшего.
О боже!
Каким казенным холодом веет от этого страшного слова «пострадавший»!
Обезличенно и жестоко…
Сколько всего может скрываться за простым определением?
— Скажите, что произошло? Я звоню…
Голос становится тише, срывается предательски, но я заставляю себя продолжать говорить:
— Я звоню своему мужчине, он должен был заехать за мной еще три-четыре часа назад, но не приехал.
— Стало быть, вы его невеста? Отмечены, как любимая.
— Девушка, — шепчу едва слышно.
Имею ли я право назвать себя девушкой Семена? Плевать… Сейчас я больше всего хочу оказаться рядом с ним, узнать, что случилось, просто прикоснуться к нему.
— Скажите, умоляю, он жив?
— Врачи увезли его на скорой помощи. Он был жив, но гарантий лично я вам дать не могу. Также мы должны точно установить личность потерпевшего…
Ноги и руки стынут.
Не о таком вечере я мечтала… Подобное я даже в кошмарном сне предположить не могла!
Но и отказаться не могу, ни одной мысли не промелькнуло.
— Да. Да, конечно. Я приеду. Сейчас же приеду… Скажите, куда?!
***