— Ох, сочувствую! — приобнимает меня Аня. — Моя мама тоже после выхода на пенсию стала совсем невыносимой! Требовала внимания к себе, часто приезжала… К нам с мужем. Могла внезапно нагрянуть, без предупреждения, и остаться недовольной, что ей не очень-то рады.
— Ужас какой!
— Вот именно! Я ей говорю, мам, мы вам ключи запасные сделали, на всякий случай, а не для того, чтобы вы приходили, когда вам захочется! Ничего не помогало… Это были самые ужасные три месяца в нашей жизни. Представь, придет, сует нос всюду, критикует мою готовку, отсутствие выглаженного постельного белья, а мы работаем оба, нам и так норм! Это был писец…
— Боже, ты меня пугаешь. Моя пока до такого не докатилась, но уже чаще, чем всегда, кидает претензии, что мы ее навещаем и не приглашаем в гости.
— Вот-вот! Помяни мое слово, с этого все и начинается. Старики чувствуют себя не у дел, ненужными… Не все могут занять себя.
— Ужасно! У вас до сих пор так?
— Нет, мы купили ей дачу… Теперь с весны до глубокой осени она занята… Остается перетерпеть несколько месяцев зимы, но мы удачно записали ее на скандинавскую ходьбу, там она нашла подруг-единомышленников и стала меньше третировать нашу семью… Бездельничать и сходить с ума от ничегонеделанья — худшее, что может случиться!
Наш разговор прерывается мелодичным звоном дверного колокольчика.
— О, это, кажется, за тобой! — шепчет Аня.
Оборачиваюсь: муж… с букетом роз.
— Закончила? Поехали!..
Мы провели тот вечер, как запланировали… Казалось, у нас все было хорошо. Матвей извинялся, что пропадает на работе, говорил, что любит...
***
Настоящее
Вернувшись мыслями в настоящее, я вдруг понимаю, что в нашем браке давным-давно полно сложностей, на которые я не обращала внимания!
После открытия клиника Матвея еще несколько месяцев, что называется, раскачивалась, а теперь муж на гребне успеха, а я совершенно потеряна, но, что еще хуже, совершенно не чувствую, что мы справимся…
Свекровь снова звонит.
Ответит или не стоит? Сейчас я бы все на свете отдала, чтобы послушать, как ворчит родная мама…
Отношения со свекрами нормальные и, пусть я называю их мама и папа, но все-таки они — родители Матвея, а не мои, родные. Как жаль, что иногда слишком поздно понимаешь, насколько незначительными являются все мелкие обиды и склоки между родителями и детьми.
Нехорошее ощущение не оставляет в покое, тревожит сердце и мысли. Поэтому я все-таки отвечаю на звонок.
— Здравствуйте, мама.
— Ответила. Я уж думала, не ответишь. Здравствуй, солнышко, как твои дела? — тепло приветствует меня.
— Хорошо, я на работе. Только закончила. Как у вас дела, здоровье?
Прижав телефон к уху, прибираю в своем кабинете, заполняю журнал, проверяю список клиентов на завтра, отправляю им в чат вопрос с подтверждением записи.
Свекровь в это время охотно делится тем, как прошел ее день, потом спрашивает про Матвея. Она очень гордится сыном, относится к нему с благоговением и трепетом, старается не тревожить по пустякам. Мне иногда приходится подпинывать Матвея, чтобы он больше времени уделял старикам, а ему все некогда и некогда… Муж отмахивается и частенько перекладывает на мои плечи эти визиты, звонки и встречи.
— Лиль, сама посуди! Какого лешего я к ним второй раз за неделю попрусь? У меня и новостей новых не добавилось, все по-старому, пашу, как вол! Вкалываю… — именно в таком духе отвечает Матвей.
Стараюсь до него достучаться, что родители и семья — это важное. Иногда кажется, что они докучают, я и сама это по себе знаю. Как я с трудом выносила претензии мамы, ее обиды, считала, что она просто не дает вздохнуть, в то время как родители всего лишь скучают по своим детям и может так оказаться, что потом скучать будешь ты сам, а поговорить уже не с кем и некого обнять…
Матвей этого не понимает, не разделяет моих переживаний.
Поэтому снова свекровь звонит мне и через меня узнает, как там Матвей. Она приглашает нас в гости, надеется, что у нас будет время заехать к ним на ужин.
На заднем фоне слышу, как громко и надсадно кашляет свекр. Он в последнее время кашляет часто, после простуды никак не отойдет. Но сейчас кашель лающий, совсем нехороший.
— А что у папы до сих пор кашель?
— Уже и не знаю, что делать. Было получше, дня три назад. Сейчас снова лает… — охает она. — Нам бы к врачу хорошему попасть. Этот из поликлиники совсем ничего толкового не прописывает. Может, поговоришь с Матвеем? Пусть спросит, может среди его знакомых есть достойные? Когда будет время, конечно же, — добавляет торопливо. — Знаю же, Матюша занят, работа серьезная, важных дел много.
Поговорив еще немного, прощаюсь.
Даже не знаю, как поступить. С мужем я точно никуда не хочу ехать, но теперь и веселиться как-то совестно, что ли?!
Проклиная собственную совесть, все-таки звоню Матвею.
— Алло? — в телефоне раздается женский голос.
Я оторопела.
В висках боль начинает пульсировать.
Может быть, я номером ошиблась? Контакт не тот вызвала?
Да нет же, вот он, отмечен как «любимый»!
Все верно.
— Аллооо… — продолжает тянуть женский голос. — Я вас слушаю.