— Какая больница, психушка… На передок она слабая с юности, родители живы были ещё — постоянно её искали по стройкам, барам, когда и по месяцу. Как влюбится — сваливает. И всё каких-то бестолковых находила. А потом повезло — замуж вышла. Серёга нормальный был. Но она шляться не прекратила, со всеми без разбора. Кто ж это терпеть станет? Бил он её, воспитывал. Да всю голову и отбил. Посадили его не за это, за другое, ещё не скоро выйдет. А у неё крыша поехала. Такое чередила… — собеседник закатил глаза, — Теперь два раза в год лечится. Жалко её, конечно. Тащи сюда, не обижу.
Виктор вернулся к машине, взвалил Ладу себе на плечо, сгрузил на скамейку. Выставил рядом сумку.
— Передайте ей… Нет, не надо ничего говорить.
Развернулся и ушёл к чёрному Лексусу Димона.
Я услышала, что подъехала машина и выглянула в окно. На водительском месте сидел Дима, а рядом… Рядом я увидела Виктора. Он приехал сюда? Зачем?
Дима вышел из машины, поднял глаза на моё окно. Как почувствовал, что я смотрю на них. Выражение лица у него было расстроенным и смущённым. Он махнул мне рукой, кивнув в сторону Виктора. Первым моим желанием было присесть, спрятаться от мужа. Но потом я поняла, что это глупо, по-детски. Нам надо поговорить, скрываться нет никакого смысла.
Я вышла на террасу. Увидев меня, Виктор быстрым шагом рванул ко мне и упал на колени. Опять. Только теперь этот жест вызвал у меня истерический хохот. Он стоял, склонив голову, а я смеялась и не могла остановиться.
— Оль, чего с тобой? — услышала я растерянный голос Виктора.
— Зачем ты пришёл? — я очень хотела, чтобы нервный смех прекратился, но пока ничего не получалось.
— Олечка, прости меня, дурачка. Ну, подгулял немного, с кем не бывает. Но я всегда любил только тебя, никакую другую не смог бы. Я выгнал Ладу, прикинь? Вот прямо сейчас мы с Димоном отвезли её домой. Теперь я вернулся к вам. Собирайтесь, поехали, а?
Меня будто окатило ледяной водой. Я перестала смеяться.
— Ты считаешь, что можешь вот так легко вернуться после того, как изменил мне? Вот просто явиться и сказать, что ты теперь свободен. И я, такая — ура, конечно, поехали домой! А?
— Оль, да ладно тебе, это ерунда, глупое минутное увлечение. Мы же столько лет прожили. Неужели ты это сейчас хочешь просто взять и забыть?
— Я хочу забыть? Не ожидала от тебя это услышать… — я озадаченно уставилась на Виктора. Он на секунду опустил глаза, но потом встал и сильно сжал меня в объятиях.
— Ну, чё ты, хорош.
Прикосновения его рук вызвали у меня отторжение. Если бы у меня под кожей были иголки, я бы их выпустила. Я грубо толкнула его в грудь, отошла назад:
— Ты изменил мне.
— Но я же всё осознал и вернулся.
— Ты изменил, — мне хотелось как-то по-другому объяснить, раз он не может понять, но я неожиданно забыла, как строить фразы.
Виктор нахмурился и встал в оборону:
— Изменил тебе, да. И я это сделал, потому что ты была слишком глупа, чтобы видеть дальше своего носа. Ты — женщина, у тебя же есть интуиция. Если бы ты вовремя заметила, чего мне не хватает, то никакой измены не было бы.
Дмитрий стоял в стороне, но после этих слов сделал шаг ко мне. На голову накатила усталость, я поморщилась и потёрла виски. Подумала, что Виктор теперь оказывает на меня токсическое действие. Я не хочу оправдываться, не хочу обвинять, не хочу его понимать. Я просто мечтаю больше его не видеть.
— Ты был моим первым и единственным мужчиной. Мне казалось, что мы любим друг друга, — задумчиво проговорила я.
Виктор отвёл взгляд, и его губы сжались в тонкую линию.
— Пожалуйста, не надо. Не надо.
Его лицо было бледным, глаза покраснели, а щёки горели.
От его вида мне стало неприятно. Я больше не ощущала нежности к мужу. Не чувствовала любви, доверия. Не осталось вообще ничего, кроме брезгливости и раздражения.
Виктор, наверное, понял, что обвинения не помогут. И сменил тон на умоляющий, сразу превратившись в моих глазах в кота из мультика про Шрека.
— Оля, прости меня, возвращайся, — попросил он, — Я не могу без тебя, я люблю только вас с детьми.
Я смотрела на него и думала, так странно… Муж не просто физически изменил, он же предал меня. Но моё сердце больше не разрывалось от боли. Прошло всего несколько дней, а я будто сгорела. Эта измена выжгла меня дотла.
— Я не люблю тебя, Витя, — мой голос звучал спокойно.
Виктор опять обнял меня и прижался лбом к плечу:
— Я не верю, ты специально говоришь, ты очень злишься, и всё.
Он поцеловал меня в шею, я твёрдо отодвинула его:
— Нет. Я не злюсь, всё честно. Ты мне не нужен, правда.
— Возвращайтесь, пожалуйста. Квартира свободна, Лада больше не придёт туда.
Я нахмурилась:
— Ты за кого меня принимаешь? Я не буду жить с тобой. Это осознанное решение. Я уже назначила встречу юристу, завтра консультируюсь с ним насчёт развода и раздела имущества.
Виктор выглядел ошарашенным:
— Оль, ты что? Зачем? Всё ведь было хорошо. Ну, оступился раз, но я же одумался, исправлюсь, обещаю.
Он взял меня за руки и попытался притянуть к себе, я вырвалась:
