Это был он — Руслан Астахов — моя первая любовь, первый мужчина и тот, кого я ненавижу! Тот, из-за кого моё сердце разбито и больше не верит в любовь…— Кристи? — время остановилось, мир сузился до одной точки — её лица. Связь дёрнула и потянула магнитом к девушке. А в ответ я увидел горящий презрением взгляд и холодное:— Кристи я только для близких друзей. Ты не в их числе, Астахов.Мой Волк тоскливо заскулил, чувствуя отчуждение своей выбранной жены. Вспомнились слова отца:— Ты понимаешь, что по нашему закону ты изменяешь своей жене? — отец от ярости рычал.— Я Альфа и буду делать то, что хочу!Сегодня я понял одно: все три года я занимался самообманом.
Контрастный душ после утренней пробежки всегда заряжал бодростью как минимум на полдня. Сегодняшнее утро перед последним экзаменом летней сессии четвёртого курса «меда» не стало исключением.
Уже выйдя из душевой кабинки, я замерла перед запотевшим от горячей воды зеркалом. Помедлила. И через силу, заставляя себя, протёрла зеркальную гладь мягким полотенцем.
Собственное отражение мне нравилось: правильные черты лица, ровный нос, острые скулы, мягкий контур чуть пухлых губ, глаза — особенные, светло-карие, до желтизны. Из-за них ко мне со школы прицепилось прозвище — Волчица.
Но было то, что видеть в отражении не хотелось — уродливый шрам между шеей и плечом. И всё же было необходимо. Хотя бы для того, чтобы скрыть шрам под телесного цвета пластырем, чтобы никто случайно не заметил и не спросил: откуда взялся?
Рассказывать о происхождении шрама… стыдно и противно даже спустя грёбаных три года. Проще врать о большой родинке и медицинских показаниях «беречь» её, не травмировать одеждой.
Ту сволочь, что оставила на мне этот след, как клеймо, зовут Рус. Руслан Астахов — моя первая любовь, первый мужчина… И тот, кого я ненавижу!
И отметина у меня появилась в ту самую ночь. Знала бы я, как поведёт себя этот гад на следующее утро, обходила бы его десятой дорогой.
Мне было семнадцать. Ему исполнилось восемнадцать в тот день, когда с моего разрешения случилась моя первая близость.
Дурочка! Придумала себе любовь и сама в неё поверила. Как романтично подарить себя любимому. Тьху! Слишком наивной была, ещё не испорченной несправедливостью жизни.
Вот и получила науку. Да, за три года с той ночи и мерзкого следующего дня я изменилась. Повзрослела, стала уверенной в себе, в меру циничной, и никому не дам себя в обиду!
Но шрам…
Не скрытый пластырем, он делал меня слабой, уязвимой. Я словно проваливалась в прошлое и слышала все те обидные несправедливые слова. Он взял то, что само шло в его руки, воспользовался и передал другому!
«А чего ты ждала, Кристи? Любви до гроба? Так ты мне не пара. Так, тело на одну ночь. И то, необученное. Учить тебя мне лениво. Наберёшься опыта, так, может быть, пересплю с тобой ещё пару раз, если попросишь хорошо. Ксандр, не хочешь обучить Кристи для меня?»
Сука, до сих пор слышу в голове его мерзкий голос и смех. И свидетелей моего унижения было несколько. Хоть и отводили парни глаза, но никто не остановил Астахова. Он давно был для них лидером, наверное, с сопливого детства.
Только вечером к дому бабушки Зины пришёл Ксандр, лучший друг Астахова, с извинениями. Я не вышла. Сил не было снова переживать позор. Даже слёз не осталось. Тупо пялилась в стену и хотела одного — сдохнуть.
Вместо меня на разборки вышла Светлана. Она порывалась и с Астаховым поговорить — я запретила. Слышала, как подруга орала на парня, прерывая его ненужные извинения, и настойчиво советовала засунуть их туда, где света не бывает, и забыть дорогу к её дому.
Из-за меня и у Светы с Ксандром пошли по боку романтические отношения. Так моя подруга из солидарности решила. Если страдать, то вместе. Я была не в том состоянии, чтобы в чём-то её переубеждать.
Глупо всё так…
А ведь я искренне верила, что у Руслана есть чувства ко мне. Все его долгие взгляды, прикосновения, внимания больше, чем к другим девчонкам из нашей летней компании… Ненавижу! До противной дрожи внутри и слепящей ярости! Из-за этого гада я так и не смогла никого больше впустить в своё сердце.
Сердито дёрнула головой и поспешно налепила пластырь на ненавистный шрам. Стоило его спрятать, и эмоции успокоились. Прошлое подёрнулось дымкой, затёрлось до состояния «почти не помню, если не напомнят».
Из ванны выскочила в одном полотенце и босая пошлёпала к себе в комнату.
Свобода!
Родители вечерним поездом уехали в командировку. Хоть они у меня классные и демократичные, и люблю я их, но порой так хочется узнать, как это, быть самой себе хозяйкой.
Стоило только подумать о родителях, как зазвонил телефон — мама! Вместе с тем раздался звонок в дверь. Трель говорила об одном: настойчивый гость не уйдёт, пока не открою.
— Мама, привет. Подожди минутку. В двери кто-то ломится. Наверное, Светка с Денисом пришли. Ден обещал подвезти на экзамен.
Быстро накинув халат, крепко подвязала его пояском, чтобы на груди случайно не распахнулся.
Я не ошиблась. За дверью обнаружились Светлана и Денис — мои бывшие уже как четыре года одноклассники, но до сих пор Друзья. Именно так, с большой буквы!
— Проходите в зал, — мне и приглашать не нужно было, ребята уже протиснулись в квартиру. Сбросив обувь в прихожей, Денис отправился в зал, а Светка, сверкнув голубыми глазищами и махнув высоким блондинистым хвостом, на кухню — варить кофе и кромсать бутерброды на завтрак. Она у меня очень домовитая.
Тем временем мама уточнила, кто у нас в гостях, и осталась довольна моей компанией.
