— Девушка, вы меня слышите? Девушка, вы в сознании, девушка!
В ушах звенело так сильно, что я с трудом разбирала голоса.
Мой ребёнок, моя девочка, господи, что произошло. Почему со мной? Почему я?
Мне же ещё ходить и ходить примерно месяц.
— Девушка, хоть как-то, хоть что-то скажите, девушка, — тёплые, шершавые слегка ладони коснулись моего лица, вынуждая повернуть голову. — Так вы меня видите.
Вы меня видите?
Надо мной склонился мужчина. В глазах была лютая паника, страх, а я только моргала и закусывала губы.
— Больно... — прошептала я.
— Господи, господи, вы же беременны. Я вас не видел. Я серьёзно вас не видел. Я ехал в допустимой норме.
— Мне больно, — прошептала я ещё раз тихо.
— Не трогайте. Нет, не надо. Не вставайте, пожалуйста, лежите, сейчас надо вызвать скорую. Вдруг это какой-то перелом. Вдруг что-то с позвоночником.
— Мне надо в больницу. Мне, мне плохо.
— Живот, ребёнок, твою мать, — зарычал мужчина, растерянно запуская пальцы в волосы. — Господи твою мать, какого черта!
Он запрокинул голову, взвыл.
— Девушка, лежите, все сейчас будет, все будет хорошо, пожалуйста, успокойтесь, не надо ещё добавлять адреналина.
— Мне надо в больницу, — обессиленно произнесла я.
— Сейчас, сейчас все будет.
Мужчина ещё сильнее склонился ко мне. Это он меня сбил? Он не уехал, он остался здесь.
— Я, честное слово, вас не видел. Я не понимаю, как вы оказались вообще на проезжей части, причём вы уже падали, когда я только заметил ваши волосы у себя перед капотом, господи, я же мог нахрен вас переехать.
Мужчина тяжело вздохнул, облизал губы. От него резко пахнуло горячим, почти жжёным кофе. А потом сверху наложился табачный аромат. Я судорожно сглотнула.
— Что вы хотите сделать?
— Хочу вас поднять и быстрее всякой скорой отвезти в больницу. Я не знаю, сколько мы будем ждать. Это двадцать минут может длиться.
Мужчина просунул под меня одну руку, вторую поддел под мои колени. Я ощутила нестерпимую боль в копчике, внизу живота, в самом животе.
Малышка не пиналась.
От этого становилось ещё страшнее. Мне казалось, что все кончилось, все разрушено.
— Тихо, тихо, тихо, тихо... — начал причитать мужчина. — Тихо, тихо.
— Женщина, меня женщина толкнула. Вы видели её?
— Какая женщина? Я не видел. Я, правда, не видел ничего. Господи, простите меня, пожалуйста, я не представляю, что случилось.
Одним рывком, безумно болезненным, мужчина поднял меня на руки и резко встал.
Я взвыла, закусила губы почти до крови.
— За шею, за шею возьмите меня, за шею..
— Я не могу, у меня рука не шевелится, — прошептала я, заходя в какой-то вираж истерики.
— Сейчас все будет. Все будет. Как вас зовут? Скажите мне, как вас зовут:
— Варя.
— Красивое имя какое Варя... Вы кого ждёте? Девочку или мальчика?
— Девочку.
— Хорошо, она будет такая же красивая, как и вы, Варвара, вы только не бойтесь. А меня Базиль зовут.
Я тяжело задышала, прикрывая глаза. Рука, которая шевелилась, правая, я её прижала к низу живота.
— Вы только не бойтесь, Варвар, пожалуйста, не бойтесь, все будет хорошо.
Базиль, значит, Василий.
Василий донёс меня до машины. Дёрнул пальцем ручку задней задней двери и попытался усадить меня на сиденье, но вместо этого я повалилась, опять падая на руку, которую не чувствовала, взвыла.
— Варвара тихо, тихо. Все хорошо, все хорошо, сейчас я обегу машину и помогу вам нормально лечь. Сейчас, вот смотрите, у меня здесь подушка племянницы есть. Давайте под голову подложим.
— Мне надо в больницу, что-то не так с ребёнком, с ребенком что-то не так.
— Святые угодники. Господи! — Василий обежал машину, хлопнул водительскойдверью. — Я буду быстро, самое главное, вы только со мной говорите, что-то рассказываете.
— Мне страшно, мне больно.
— Какой у вас срок, Варвара? Какой у вас срок?
— Мне рожать примерно через месяц только..
— Черт, — выдохнул Василий.
Я поняла, что мы уже какое-то время оказывается, ехали.
— Все будет хорошо, Варвар. Все будет хорошо.
Я не знала нормально или ненормально при таких авариях вообще уезжать с места происшествия, но я не могла терпеть. Если мне, чтобы спасти моего ребёнка, надо на что-то закрыть глаза, я закрою, но я не могла позволить себе ожидание.
— Мне надо кому-то позвонить? Вашей матери, кому-то ещё?
Нет, маме не надо звонить. Кому, кому я должна позвонить, набрать мужа?
— Мужа набрать.
— Да, хорошо, хорошо. Глупость спросил конечно, у такой красивой женщины должен быть муж. Глупость однозначно сморозил. Да.
Машина пролетела через проспект. Я ощутила, что кости таза стали почти трещать.
Я сцепила зубы, боясь прикусить язык, застонала, поджимая под себя ноги, стараясь, чтобы было хоть чуточку не так больно.
— Варя, Варя, говорите со мной, мы почти приехали, я не знаю, хорошая эта больница, не хорошая, но она самая ближайшая.
— Мне больно, — только и могла прошептать я. — Мне очень больно.
Василий остановил машину, выскочил из неё, что-то крикнул на улице. Я не поняла, что дверь задняя открылась. Он потянулся ко мне.
— Варвара, давайте, давайте я помогу вам вылезти.