- Значит мы уже друзья, - довольно шепчет лысый, пока я пихаю его габаритную фигуру к двери. Мне не нравилось то, что он был здесь. И то, как на него смотрела Женя, тоже не нравилось.
Тимур еле идет, как конь втаптывает копыта в пол, чтобы еще сильнее замедлить шаг.
- Не хочу оставлять тебя с этой…
- Спасибо, что зашли Тимур… Гермагентович.
Я понятия не имею, какое у моего тренера отчество и говорю первую пришедшую в голову чушь. Гермагентович? Или Гематогентович? Боже, я правда не помню, что только что сказала!
Тимур наконец выходит в коридор и тихо произносит, глядя прямо на меня:
- Я подожду, пока она не уйдет, хорошо?
- Плохо. Не мешай мне работать, я тебе вечером позвоню, понял? – И уже громче, так, чтобы слышала вся очередь: - Лебедева, зайдите в кабинет через десять минут, и извините за ожидание еще раз.
Мне стыдно смотреть в глаза пациентки, прием которой уже должен был закончиться, но еще даже не начался.
Я захлопываю за собой дверь, так быстро, что даже не успеваю расслышать, что сказала эта бедняга в ответ. Кажется, она собиралась жаловаться на меня заведующему. Пускай.
Пускай…
Я повернулась и встретилась взглядом с Женей. Сейчас, когда мы остались с ней наедине, она больше не походила на кошку, пережравшую валерианы. Теперь передо мной была все та же собранная девочка, с аккуратным как у балерины пучком на голове. И ноги держала так же, в третьей позиции. И у станка работала исправно, только не у деревянного, труженица моя.
- Ваш родственник, - ненавязчиво спросила Евгения, не называя никого конкретного. Но судя по тону, я сразу поняла, о ком речь.
- Друг. Одноклассник.
На самом деле я могла не оправдываться перед ней, но… нет. Больше всего на свете мне не хотелось сплетен обо мне и Тимуре. Ни в больнице, ни дома, ни в семье. Особенно в семье.
Я знала, как отреагируют все на появление мужчины в моей жизни, тем более такого мужчины и боялась разрушить что-то хрупкое, почти невидимое между мной и Тимом.
Сейчас он моя тайна. Которая слишком быстро стремится заявить о себе.
- Я его где-то видела. Кажется, он приходил в мою клинику утром в субботу, - неуверенно произнесла Женя.
- Ого, у тебя есть своя клиника? Кеша купил?
- Да нет же, - Женя поморщилась. – В «Моей Клинике». Где я работаю после того, как вы заставили Аркадия меня уволить. – Она специально сделала акцент на последних словах.
Моя бывшая ассистентка так и замерла возле окна. Стояла по струнке, прижавши папки с бумагами к впалой груди. И все в ней было хорошо, все ладно, кроме подлости, плещущейся за каемкой красивых, голубых как море глаз.
- Женя, ты взяла что тебе нужно, так что уходи. Я и так задержалась с приемом.
- Из-за одноклассника, - лукаво улыбнулась змея.
Стараясь идти прямо, я дошла до стола и опустилась на свой стул, повернула компьютер и даже принялась что-то читать с монитора. Короче, делала вид, что меня не интересуют Женины слова, и что мы закончили разговор.
- Точно! – Радостно воскликнула Евгения. - Он сдавал какие-то анализы на гонорею и прочее. С виду такой приличный мужчина, а на деле о-о-о-очень плохой мальчик.
Отвернувшись от монитора, я устало потерла переносицу:
- Жень, я могу помочь тебе покинуть мой кабинет, если ты сама не в состоянии это сделать.
- Да ладно вам, я же на самом деле о Вас забочусь! Вы женщина возрастная, а старые они как дети, наивные и всему верят. Этот альфонс сейчас наобещает всякого, а потом кредит на вас повесит и в кусты, а вам платить.
- Ну не тебе же, - пассаж о старой пропустила мимо ушей, поплачу по этому поводу как-нибудь потом, сейчас у меня другие задачи.
Женя, видя мое непробиваемое на эмоции лицо, сникла и обиженно засопела.
- Да я ж правда как лучше хочу! Чтобы Вы не верили всяким там мачо, берегли свои нервы.
- Женя, - я медленно встала и нависла над столом: - ты че пришла?
- За бумагами, - она испуганно прижалась к окну.
- Бумаги у тебя в руках. Так что держись за них, и уёбен зе битте, пожалуйста.
- Вот вы какая, - по-детски обиделась эта дура.
- Жень, - я даже удивилась от того, как легко она делала меня виноватой в своих печалях, - ты часом на солнце не перегрелась? Тебе чего надо? У тебя и так все есть, все, что было моим, теперь твое! Мой муж. Моя дочь. Ты чего хочешь, я, правда, не понимаю?
- Чтобы вы меня не ненавидели.
- И чтобы пони пукали радужным зефиром, - нервно рассмеялась я. – Женя, ку-ку. Трудно ненавидеть того, кто для тебя пустое место. Как человек, как женщина и профессионал.
- А с женщиной то что не так? - Моя соперница задрала нос, выставив вперед подбородок. Она сделала большой, по-настоящему балетный шаг вперед, юбка колыхнулась, и заструилась вдоль стройных ног, демонстрируя безупречную фигуру своей хозяйки.
У меня такой не было даже в семнадцать лет после недели в инфекционке, где я лежала с кишечным гриппом и жрала пропаренный картон, запивая это дело кипяточком.
В общем, никогда не было. И не будет. Ни стройной талии, ни маленькой подростковой груди, ни узких бедер, как у профессиональных жокеев.
Зато есть мозги и харизма. И Тимур. Которого, судя по взгляду, так хочет моя бывшая помощница.
