Я слушала рассказ Кирилла внимательно. Старалась не упустить ни одной детальки из его слов. Слушала и удивлялась. Ведь со мной говорил словно бы не тот Кирилл — изменник, а другой, которого я любила.
Спокойный, даже немного монотонный голос его пытался, будто бы меня убаюкать, успокоить. Но я не могла позволить себе такой роскоши. Я слушала, как он разоблачил мою сестру перед родителями.
К концу его рассказа я даже поймала себя на одной мысли, которая, к слову, мен поразила. Я чувствовала к Кириллу благодарность. Да. Была благодарна за то, что он сделал. И это меня удивило. Ведь сколько им уже было сделано для того, чтобы я его возненавидела. Любая другая, наверное, да, ненавидела его. Я всегда была отходчива. Но это чувство благодарности даже мне показалось перебором.
И все же, я ничего не могла с этим поделать. Я искренне была благодарна Кириллу.
— Значит, — сказала я, проигнорировав его вопрос, — ты отстоял меня перед родителями. Вывел Машу начистоту.
— Это было не так уж сложно, — прозвучал в трубке его спокойный голос, — Маша хитрая, но совсем не умная. Я быстро понял, что доверять ей нельзя и решил подстраховаться.
— Почему ты не рассказал им все раньше? Почему не рассказал мне?
— Я считал, — голос Кирилла стал жестче, — что верну тебя своими силами. А весь этот компромат оставлю на крайний случай.
Кирилл помолчал. Вздохнул.
— Мне стыдно, что я довел все это до крайности, — закончил он.
— Но почему не рассказал мне?
— А ты бы стала слушать? — Спросил Кирилл.
— Если бы ты попробовал поговорить нормально. А не кричал и приказывал мне вернуться.
Кирилл вздохнул снова. Снова помолчал.
— Я живой человек, Кирилл, — нарушила я тишину, — и я не твоя игрушка. Не твоя собственность. Ты не можешь мне приказывать. Знаешь, — сказала я подумав немного, — я давно хотела сказать тебе, что твое потребительское отношение неприемлемо. Ты не центр мира Кирилл. Я не тот человек, что раствориться в тебе, а ты ждешь от меня именно этого.
Он молчал.
— Я очень благодарна тебе за то, что ты поставил Машу на место. Очень благодарна, что защитил меня перед родителями.
— Кажется, — сказал Кирилл, — они еще долго будут осознавать, что их дочь не такая хорошая, как им казалось.
— Они ее любят, — пожала я плечами, — сильней, чем кого бы то ни было. И верят ей. Однако и их она тоже водит за нос. Может, после твоего с ними разговора, они начнут прозревать. А может, и нет.
— А может, и нет, — повторил за мной Кирилл.
Между нами снова воцарилась тишина. Однако теперь Кирилл первым нарушил ее:
— Так а что насчет моего вопроса? Ты готова дать мне второй шанс?
— Понимаешь, — вздохнула я, — если бы мы поговорили через пару дней после того, как ты мне изменил. Если бы не было всей этой жуткой истории с Машей и того, что случилось на работе, я бы сказала да.
— Я изменюсь, — Сказал Кирилл повременив, — обещаю. Дай мне шанс, и ты меня не узнаешь. Я сделаю все, чтобы ты была счастлива. Чтобы ни в чем не нуждалась. Чтобы каталась как сыр в масле. Ты будешь только моей, — сказал он жестким тоном, а потом осекся, — а я буду только твоим.
— Ты удивительный человек, Кирилл, — вздохнула я.
— Почему? — Не понял он, — о чем ты?
— Ты знаешь меня несколько лет, Кирилл, но даже после свадьбы, после того как мы прожили вместе год, ты не узнал меня по-настоящему. Не знаешь, и теперь. Впрочем, — задумалась я, — выяснилось, что и я тебя тоже не знаю. Так, мало времени прошло после свадьбы, а ты уже растоптал наш брак, начав спать с Машей.
Кирилл молчал.
— Я не прощу тебя, Кирилл. Между нами все кончено. Навсегда.
В трубке была только тишина. Потом спустя полминуты, он, наконец, ответил:
— Что ж. Ладно. Похоже, я ошибался. Ошибался в том, что смогу вернуть тебя. Это не так. Я слышу в твоем голосе решительность. Ты не вернешься, это уже ясно. Ну что ж. Будь по-твоему. Вот только…
— Что, только? — Спросила я, когда он опять замолчал на пару мгновений.
— Только я не отдам тебе ребенка. Буду за него бороться.
Он проговорил эти слова очень спокойно и очень обыденно. Будто просто сообщил мне, какое кино ему больше нравится.
— Попробуй, — сказала я, — потому что я тоже буду бороться. А теперь ты знаешь, как я умею это делать.
— И правда, знаю, — ответил он после очередного молчания. — Ладно, Алиса. Уже поздно. Спокойной ночи.
— Прощай, Кирилл.
После этого разговора я почти сразу легла спать. И правда, было уже поздно. Странно, но сегодняшний мой сон был совершенно спокойным и тихим. Я ощущала безмятежность. Безмятежность я ощущала и на следующее утро, когда собиралась на работу. До того самого момента, пока не зазвонил телефон.
Когда я взяла трубку, увидела незнакомый номер. Мне уже страшновато было отвечать на такие, но я все равно приняла вызов.
— Алло? — Спросила я.
— Алиса Степановна? — Спросил незнакомый мужской голос.
— Да, — я нахмурилась, — кто это?
— Прошу прощения, что так рано звоню, однако у нас к вам важное дело. Прошу, уделите нам пару минут.
Я забеспокоилась, ответила:
— Что случилось? Кто вы?
Глава 41
