Хватаю его за руку и прошу:
— Артем, пожалуйста, не сейчас…
Смотрит на меня молча, а я на него… Опять мурашки по спине. И это плохо. Очень плохо…
Медленно кивает и садится обратно на стул.
Быстро отпускаю его руку и прячу ладони под стол, чтобы мой муж не заметил, как мои руки дрожат.
— Я, наверно, пойду, — тихо говорю, стараясь не смотреть на него.
Встаю, но теперь он перехватывает мою ладонь.
— Останься, — просит он, а потом добавляет. — Пожалуйста.
Опять зависаю. Глаза в глаза, и ток по венам… Кусаю губы, а потом тихо говорю:
— Мне надо время и… и определенная доля свободы… Ты ведь это понимаешь?
Милана
Тяжелый, мрачный взгляд. Стиснутые челюсти. Мой муж не хочет мне давать ни свободу, ни время.
Но все равно медленно кивает.
— Понимаю. Но у твоей свободы есть границы, — говорит он серьезно.
Свобода, но в рамках границ? Я понимаю, о чем он, но все равно внутри поднимается злость.
— Если ты о договоре, то я его не нарушу, — холодно отвечаю.
— Я не о договоре, — медленно говорит он.
Я знаю, что не о нем, но не могу не напомнить моему мужу о том, на чем сейчас держится наш брак.
— Если ты о том…
— Я о том, что никаких мужиков. Трахаться будешь только со мной! — резко встает он и рычит мне чуть бы не в губы.
От этой фразы я вспыхиваю.
Выдергиваю руку из его пальцев и шиплю:
— Я это слышала уже сто раз! Сложно такое забыть!
И убегаю.
Вот и посидели вместе. Вот и поговорили. Вот и составила ему компанию.
Иду в нашу спальню и в последний момент прохожу мимо. Нет, не буду спать с ним в одной постели! Не сегодня…
Ухожу в гостевую, которая расположена через комнату от нашей спальни и ложусь там.
Утром просыпаюсь, прижатая к крепкому телу своего мужа. Сама его обнимала, во сне прижимаясь к такому родному и любимому мужчине.
А сейчас проснулась, потому аккуратно отстраняюсь от него, чтобы не разбудить.
Осматриваюсь по сторонам. Мы ночевали в гостевой спальне. Видимо, он пришел, когда я уже уснула.
Тихо встаю и выхожу в коридор, тут же сталкиваюсь со свекровью.
— Извини, Миланочка, — виновато говорит она. — Я иду на кухню. Не разбудила вас? — а потом кидает мне за спину быстрый взгляд. — Или тебя? Ты спишь не в вашей спальне?
— Я… — только начинаю, но за спиной распахивается дверь.
— Доброе утро, — слышу хрипловатый голос мужа. — Чего вы тут стоите?
Свекровь тут же тушуется. И это так странно наблюдать. Раньше она была железной леди, а сейчас совсем другая…
— Доброе утро, сынок. Я пойду на кухню.
И тут же поспешно уходит.
Я долго не думаю. Убегаю так же быстро, как и она. Тут же запираюсь в ванной, по-быстрому принимаю душ и уже собранная спускаюсь в столовую.
Бабушка со Светланой уже накрыли на стол. Свекровь с моей мамой помогают. Держатся друг с другом нейтрально-холодно.
Артем спускается через пять минут, садится рядом со мной. И у меня заметно начинают дрожать руки. Неправильно он на меня действует. Или я неправильно на него реагирую…
Пытаюсь восстановить дыхание и заставить себя успокоиться, а он между делом кладет свою горячую ладонь на мою поясницу.
Вздрагиваю от прикосновения и чуть не подпрыгиваю. Усилием воли заставляю себя не реагировать. Но это сложно. Очень сложно…
— Мама, после завтрака поговорим в моем кабинете, — спокойно сообщает мой муж, как бы невзначай поглаживая меня по пояснице.
Моя свекровь кивает.
— Я сегодня буду поздно, — нарушаю я свое молчание, решая всех предупредить.
Ну и Артема в том числе.
— Поздно? Почему, Миланочка? — тут же оживает моя бабушка.
— Сегодня день учителя. Мы после празднования пойдем в клуб, — говорю это, а сама чувствую, что сильные пальцы на моей пояснице напрягаются.
Даже не решаюсь смотреть на мужа. По крайней мере, предупредила его. Не будет никаких претензий.
— И с кем вы идете в клуб? — обманчиво спокойным тоном спрашивает он.
— С… с коллегами по работе, — отвечаю я. — Ты ведь не против?
Кидаю на него серьезный взгляд и смотрю вопросительно. Как бы пытаюсь напомнить о том, что мне нужна свобода, и ночью он ее почти дал…
— Не против, — медленно произносит мой муж, не сводя с меня тяжелого, предупреждающего взгляда.
И да, он не против. Но в глазах можно прочитать много чего. И главное — напоминание о границах моей свободы. Вспоминаю наш ночной разговор и чувствую, что мои щеки краснеют. Вижу удовлетворение в его взгляде.
Кажется, что он читает мои мысли и реакции даже без слов.
Резко отворачиваюсь. Вообще-то я не планировала сегодня идти со всеми в клуб. Но… но не буду отбиваться от коллектива!
Милана
Быстро доедаю завтрак, благодарю всех и убегаю в свою комнату за сумочкой. Мой муж еще собирается общаться со своей мамой, поэтому я пользуюсь этим и уезжаю на работу сама, со своим водителем.
Через десять минут получаю сообщение от мужа и пару минут игнорирую, не открывая. Почему меня так разозлили его слова, которые он мне сказал ночью?
«У твоей свободы есть границы… Никаких мужиков… Трахаться будешь только со мной!»
