Сегодня ночное небо омрачено ярко синим мерцанием проблесковых маячков. После того, как Дима потерял сознание, нам оставалось лишь надеть на него наручники и ждать приезда полиции. Газелька и три расписных уазика оставили широкие грязные следы на некогда красивом ровном газоне. Мне не позволили говорить с представителями власти, всю работу по урегулированию ситуации на себя взял Владимир.
Максим и Юля дают показания под запись о причастности Димы ко всем непотребствам, что произошли за последнее время.
Чувство, что злодей получил по заслугам невероятно воодушевляет меня. Хотя на этом, конечно, история не заканчивается. Будет суд, вынесение приговора. В нашей стране вряд ли Дима получит больше двадцати лет. Но я все же надеюсь, что к тому времени как он выйдет, нам уже ничего не будет угрожать.
— Кать, — шепчет Владимир над самым ухом, — а вызывая полицию, ты не подумала, что они и меня могут арестовать?
По всему телу пробегает волна неприятной дрожи. Я испуганно прикрываю рот ладонью. Точно! Я же совсем не подумала о том, что у Владимира здесь могу быть следы незаконной деятельности.
— Прости, я не подумала, — практически шепчу в ответ, озираясь по сторонам. Хочу убедиться, что нас никто не подслушивает.
— Расслабься, выдохни, Катюш, я пошутил, — устало произносит Владимир с легкой улыбкой на лице.
— Как это? — смотрю на Владимира, пытаясь понять, вот он сейчас серьезно? Нашел время для шуток.
Осматриваю дом, охрану, полицию и скорую. Не похоже, чтобы люди были свои или подкупленные. Все официально. Владимира долго опрашивали, собирали сведения, куча, нет, целая толпа народа все фиксирует и фотографирует.
Задумываюсь. Владимир протягивает мне белую прямоугольную визитку. Рассматриваю на нем эмблему летящего орла.
— Переверни, — я переворачиваю и читаю надпись “Беркутов А.В. совладелец ООО…” — ты, судя по всему, так ее и не читала? Забавно было наблюдать, как ты искренне считаешь нас бандитами.
Кручу визитку в руках и снова и снова перечитываю, пытаясь осознать написанное.
— Так, это что же получается, — я задумываюсь, а Владимир с довольной улыбкой кивает головой, — все это время, я…?
Бросаю неуверенный взгляд на мужчину, затем на Коршуна. Тот смеётся, после чего хватается за плечо, девушка в белой форме что-то злобно ему выговаривает и обещает поставить укол, если он не ляжет спокойно.
— Подожди. Но ведь, вы зовете друг друга по кличкам, — смотрю на свою ладонь и начинаю перечислять, загибая пальцы, — Беркут, Коршун, Сокол, Кондор, — вроде бы всех назвала из тех, кто пришли на ум.
— Ох, синичка ты наша, соображай, — Владимир ласково и крепко обнимает меня за плечи.
— Беркутов, — смотрю на кивающего Владимира, — Синицына, Соколов, Коршунов, — смотрю на отъезжающую машину скорой помощи, — и Кондоров?
— Всех угадала, кроме последнего, — Владимир хмурит брови, бросая недовольный взгляд на закованного в наручники Кондора. — Рябов он.
На мой немой вопрос Владимир отвечает, плавно разворачивая меня обратно к дому.
— Ну, мы с Коршуном друзья детства. Оба хищные птицы высокого полета, понимаешь? Позже к нам устроился Сокол. Бизнес-дело опасное, ты можешь доверять только себе и нескольким людям. Кондор очень влился в нашу компанию, мы приняли его как родного. К сожалению, жажда наживы им возобладала. Коршун предупреждал меня быть с ним осторожнее, а я, дурак, не верил.
— Ну что, товарищи орнитологи, на этом, пожалуй, все, — произносит подошедший Максим и слышавший часть нашего разговора.
— Погодите, а взрывы? Их было два, я четко слышала! — Испуганно смотрю через открытый забор на пост охраны.
— Кондор отвлек их внимание подорвав что-то, сотрудники переполошились и ломанулись туда, оставив дом без защиты, а тебя без присмотра. Еще и гроза долбанула. Пока мои ребята пытались якобы помочь моему коллеге и другу, — Владимир поправляет себя, — бывшему другу, Дима пробрался на территорию. Что им двигало я слышал, пока пробирался тебе на помощь.
— Но он говорил про какое-то наследство. С меня и взять-то нечего, — театрально развожу руками. А все что мне в наследство и могло достаться, так это дом в глухой деревне, но мама еще жива. И судя по тому, что я видела на днях, помирать в ближайшее время не собирается. Тем более, мне кажется, Дима с ней ближе, чем я.
Чувство неподдельного замешательства накрывает меня новой волной.
Юля переглядывается с Максимом, тот кивает головой. Подруга убегает куда-то в сторону машины, за воротами. Возвращается с красной папкой.
— Вот! — она гордо протягивает мне папку. — Открывай!
Я открываю папку и читаю первые строки, после чего поднимаю недоверчивый взгляд на присутствующих.
— Ты вслух читай! — подначивает меня Юля.
Откашливаюсь, и читаю:
– “Я, Львов Герман Степанович все имущество, которое будет принадлежать мне на праве собственности на день моей смерти, завещаю следующему лицу, Синицыной Екатерине Александровне, а также все денежные средства, лежащие на моем банковском счете в размере…” ОГО!!!
Юля прыгает от радости и обнимает меня, а я стою словно вкопанная. Какое наследство, какой счет? Это явно какая-то ошибка!
