— … и сына. Не хочет верить, что они — военные моряки погибли в море… Верит, что они спаслись и ждет их возвращения! Тел то не нашли…'
Вздрогнув, Алена проснулась.
«— Его мама права! Тел то не нашли!!! Значит, есть надежда, что и мои родители живы и спаслись! И надо просто подождать… и они объявятся! Теперь у меня есть вера и силы ждать!»
Алена посмотрела на сидящего за рулем жениха — он поддержал ее, помог ей, и она была ему безмерно благодарна!
Бабушкам и дедушке о трагедии с родителями Алена ничего не сказала, а свадьбой решила отвлечь их от отсутствия известий о близких.
— Ба, я замуж выхожу! — с порога заявила она.
— За кого?
— За ухажера с букетами — за Давида!
Галина Викторовна насторожилась.
— Ты это что… из-за меня решила поторопиться?
— Ну, причем здесь ты? Мы любим друг друга! Смотри какое колечко он подарил! — Алена показала помолвочное кольцо, сверкающее на пальчике.
— А как же родители? Им надо сообщить! Может, их там отпустят на недельку. Все-таки свадьба единственной дочери!
Справляясь с волнением, Алена пошла на кухню, поставила чайник.
— У них там связи нет — это же Африка, там электричество то не везде есть! Надо написать сообщение в офис организации, а они уже с очередной доставкой медикаментов передадут сообщение родителям. Только вот когда будет эта доставка…
— Успокоила! И зачем Юляша согласилась поехать в эту «тьму таракань», — опечалилась Галина Викторовна. — Чувствует мое сердце, что добром эта поездка не кончится!
— Не нагнетай, Галиночка. Просто надо немного подождать… Нас же сразу предупредили, что связь будет редко.
— Он всегда такой упрямый — никого не слушал! Вот и в первый раз уехал, бросил твою мать! А она так убивалась, хотела учебу бросить и за ним поехать в эту Африку, да мы с отцом ее не пустили — паспорт спрятали. Уж как она на нас ругалась! А когда он с женой вернулся из этой поездки, не разговаривала…
— С какой женой? — опешила Алена. — У папы была другая жена?
Кивнув, Галина Викторовна села в кресло и сложила руки на груди.
— Они должны были сами рассказать… Познакомились они в институте: она на первом курсе училась, он на последнем, влюбились, но у него ординатура, у нее учеба, все откладывали свадьбу, но главное, родители его были против Юляши.
— Дедушка с бабушкой?
— Ну, да! Мы им не ровня — врач-терапевт и водитель автобуса, а они — профессор да дочь академика! Вот и отговаривали, а тут командировка эта подвернулась — твой папа и отправился в Африку, а вернулся с беременной женой! Во как погулял по Лимпопо!
— С беременной? А мама?
— Мама расстроилась, даже замуж выскочила, но твой отец бросил жену с ребенком, развелся и пришел к Юляше, повинился, она его простила — всегда надо давать людям второй шанс, если они хотят исправиться… Они уехали из Москвы и стали жить в Санкт-Петербурге. Потом родилась ты, и все наладилось, только родители Ильи до сих пор Юляшу мою не принимают — считают его женой первую невестку.
— А ребенок? — не унималась Алена — ей было все интересно. — Я никогда не слышала про ребенка отца.
— Сын Анатолий, года на три старше тебя. Где-то есть фото их семейки.
— А папа говорил, его родители живут заграницей, сюда редко приезжают.
— Жили. Профессор читал лекции по разным странам, а потом вернулись.
— Мы к ним с папой иногда ездили.
— Зачем ездить туда, где тебе не рады⁈
— Ты права, ба — зачем мне еще кто-то, если у меня есть ты⁈ — улыбнулась Алена, накрывая на стол. — Больше тебя меня все равно никто любить не будет!
— Ах, ты, подлиза! — поднялась с кресла Галина Викторовна. — Но я тебя очень люблю — за себя и за деда! Жаль, что он не дожил до твоей свадьбы! А родителей надо известить о свадьбе! Может приедут, соскучилась я по дочери.
— И я по ним!
Трагедия с родителями выбила Алену из учебного процесса прямо перед сессией, она ничего не успевала, была погружена в свои мысли (даже не среагировала, когда Альбина взяла ее руку и с презрением посмотрела на помолвочное кольцо), забросила занятия в тренажорке, начала «заедать стресс» и набирать вес.
— Это на тебя так любовь действует? — «зажав» ее в углу в коридоре, допытывался Ярослав. — Такими темпами ты к Новому Году наберешь все что с таким трудом сбросила за несколько месяцев!
— Отстань! Это не твое дело! — ныла Алена. — Хочу быть страшной, толстой, очкастой и спрятаться под одеяло от всех.
— С чего бы это! От своего мажора на кабриолете тоже?
— Нет, он меня вытягивает…
Ярослав взял Алену за руку и потащил в конец раздевалки за последние ряды вешалок, усадил на лавку и сел рядом.
— Давай, рассказывай! А потом вместе будем думать, как тебя вытягивать… из пагубной зависимости.
— Из какой зависимости? — переспросила Алена.
— Наркотической! — жестко уточнил друг.
— С ума сошел?
— Ты себя со стороны видела? Ты вся в себе, ничего не слышишь, ничем не интересуешься, нервничаешь, трясешься…
— Чем я могу еще интересоваться, когда у меня…
И Алена рассказала другу о пропавших родителях, о пожилых родственниках, об ответственности за обман, которую взвалила на свои плечи.
