Вдруг лицо его меняется, он хватается за сердце, разрывая свою рубашку и царапая грудь ногтями. Ллойд начинает выть, словно побитая собака… Он падает со своего кресла и сшибает стеклянный столик, который с грохотом разбивается, рассыпаясь осколками.
— Нет! Нет! — кричит он, заливаясь слезами. — Нет, пожалуйста.
Солдаты, что держат нас, останавливаются и непонимающе смотрят на своего хозяина.
Он ползает по осколкам и ранит руки, но это, похоже, нисколько его не заботит.
— Что с вами, мастер Ллойд? — к нему подбегает один из солдат и пытается помочь ему встать. Но Ллойд лишь отпихивает его.
— Прости меня, прости… Я не хотел… Я не могу. Что мне сделать, чтобы ты простила меня? — он рыдает, как безутешное дитя. Его безупречная прическа растрепалась, на лице застыла маска боли и отчаяния, а в глазах мольба, обращенная к Кармине.
Тут он замечает, что солдат крепко держит ее.
— Идиот, как ты смеешь лапать мою любовь? Убери клешни, урод!
Кармина смотрит на меня со смесью ужаса и восторга, когда солдат отпускает ее.
— Что ты с ним сделала? — словно спрашивает ее взгляд.
— Оставьте, оставьте нас, — хнычет Ллойд. — Убирайтесь! Как вы смеете осквернять ее своими лапами? Вон отсюда, вы все!
Солдаты растерянно смотрят друг на друга, и медленно отходят к дверям.
Ллойд подползает к нам и пытается ухватить Кармину окровавленными пальцами за платье. Она отходит на шаг.
— Не трогай!
— Я сделаю все, что хочешь, все, что угодно! — сотрясается Ллойд всем телом. — Я сам вытрясу из мальчишки все, что тебе надо. Если хочешь, я могу убить его. Прости, прости меня..
— Нет! Не надо никого убивать! — в ужасе говорит Кармина.
Ллойд смотрит безумными глазами на Кармину и я понимаю, что он вовсе не шутит, когда говорит, что может убить мальчишку.
— И долго это будет работать? — едва слышно шепчет мне Кармина.
— Я не знаю…. Но нам лучше поторопиться в любом случае. Пока он предлагает помощь.
— Киллиан Салемс, — говорит Кармина, пристально глядя в покрасневшие от слез глаза Ллойда, — нам всего-то надо поговорить с ним.
— Да, да, разумеется! — Ллойд встает с колен и пытается отряхнуть свой костюм от осколков и крови, что натекла с его рук, но делает только хуже.
— А, да и черт с ним, — торопливо бормочет он. — Пойдемте.
Он раздвигает столпившихся охранников, которые все так же смотрят на своего патрона с недоумением. Они переглядываются, но не решаются ничего сказать, или сделать, пропуская нас следом за мастером Ллойдом.
— Что вы встали, как стадо тупых баранов? — прикрикивает он на них. — Займитесь своими делами.
Мы проходим по сумрачному коридору, и спустя несколько мгновений останавливаемся перед богато украшенной дверью, из за которой доносится легкая музыка и женский смех.
— Он здесь, — говорит Ллойд, — я верно понимаю, что говорить вы хотите с ним наедине?
— Верно, — говорит Кармина.
От звука ее голоса Ллойда словно окатывает ледяной водой и он трясется всем телом. Похоже ее голос одновременно и доставляет ему наслаждение и мучает невообразимой болью. Я чувствую это по его сердцу, которое бешено колотится то и дело сжимаясь от тревоги, боли и страха. Ничего подобного я ранее не видела.
Его вытянутая физиономия, которая совсем недавно показалась мне такой зловещей, теперь выглядит скорее жалкой и просительной. В ней не осталось почти ничего от того надменного и злобного хозяина этого места, которым он представл в самом начале.
Неужели я покалечила этого человека безвозвратно и он так и останется трясущимся подобием того страшного человека, каким он был еще каких-то несколько минут назад? Даже если так… Почему я должна сожалеть об этом? В конце концов, он сам сделал выбор в свое время и теперь этот выбор терзает его, лишая разума. Я лишь открыла его глаза на правду. Он бы нас с Карминой не пожалел, и если бы не мое владение силой дракона, что живет во мне, страшно представить, что бы сейчас было с нами.
— С ним сейчас Сильвия и Оливия, наши лучшие девушки. Идите за мной, — шепчет нам Ллойд и проскальзывает внутрь комнаты.
Я вижу голых девиц, которые обвивают своими телами тщедушного юнца с цыплячьей грудью, улыбающегося во весь рот. Зрелище это настолько неприятное, что я тут же отвожу глаза. Мне даже представлять не хочется, чего здесь творилось.
— Разве вам разрешали входить? — срывающимся голосом возмущается юнец.
— Мы тут, в некотором роде, как видите. заняты.
Он отпивает из бокала и красная жидкость стекает у него по подбородку.
— Сильвия, Оливия, уходите, — сухо говорит Ллойд девушкам.
— Что значит уходить? — Киллиан пытается удержать девушек за руки, но они беспрекословно слушаются своего хозяина и тут же смиренно подбирают свою одежду, и прикрывшись ею, выскакивают наружу.
— Да какого?.. — юнец явно вне себя от ярости. Он пытается подняться. но, похоже, напился настолько, что едва может связать два слова. Он вытирает рукой подбородок и пьяными глазами смотрит на нас с Карминой.
— ты привел мне замену, Ллойд? Тебе не кажется, что они староваты?
