В этот момент я посмотрела на Ольгу и успела заметить, как она напыжилась, и ее перекосило от гнева, когда она услышала слова Жанны.
– Я своих слов обратно не забираю, тетя. Если я сказал, что женюсь на Ольге, значит, женюсь. В конце концов, у нас общий ребенок. Он станет моим полноценным единственным наследником, и будет правильно, если я буду женат на его матери. Скоро он пойдет в школу, и другие дети начнут задавать вопросы. Я не хочу, чтобы ему приходилось краснеть, в этом Ольга права.
Я хмыкнула, услышав в этой фразе всю предысторию их разговора. Видимо, она настолько сильно хотела его себе забрать, что пыталась воздействовать на него через сына Данила, намекая, что он будет страдать, если они с Давидом не будут женаты.
Вот только я была уверена, что Давиду вообще совершенно на это плевать, и он бы никогда не пошел на такой шаг, если бы не наш развод.
Если бы я его простила, то, скорее всего, он бы выполнил условие, которое сам же и выдвинул, и никогда больше не общался бы с Ольгой наедине. Вот только я слишком уважала себя, чтобы пойти на подобное и наступить себе на горло.
В это время Жанна Игнатьевна хватала ртом воздух и держалась рукой за грудную клетку, словно у нее сейчас вот-вот будет инфаркт.
– Ты же шутишь, Давид? Ты и так усыновил ребенка, он на твоем имени. От тебя этой хабалке нужны только деньги. Неужели ты хочешь, чтобы она отняла весь твой оставшийся бизнес? Помяни мое слово, не успеешь оглянуться, как она обдерет тебя до липки и предаст в любой момент твоим конкурентам.
Всё это время Давид молчал, но на скулах жестко двигались желваки, но смотрел он при этом лишь на меня, словно пытался считать все мои эмоции и реакции.
– Ты знаешь, тетя, ты ищешь предателей совсем не там. Уж кто мог бы и слить меня конкурентом и наверняка это сделает, так это твоя разлюбезная любимая бывшая невестка Алевтина. Не так ли?
Если бы я не была готова к этому вопросу, то отвела бы стыдливо взгляд. Но я не считала себя виноватой и лишь удивилась тому, что он уже был в курсе того, что я разговаривала с несколькими бизнесменами, которые хотели перекупить часть нашего с Давидом бизнеса. Я больше не хотела иметь никаких дел с ним и собиралась продать свою половину предприятия. Конечно, по закону я должна предложить эту долю сначала ему, но я была прекрасно в курсе его финансов и знала, что таких денег наличными у него сейчас нет. И мне это на руку.
– Что за глупости ты несешь, Давид? – вспылила его тетя, но ему было всё равно.
Его не волновала ее бурная реакция. Он явно хотел лишь уязвить меня. Заставить почувствовать себя ничтожеством.
Ольга сильнее прижалась к нему, словно желала стать к нему еще ближе и продемонстрировать нам, насколько он к ней серьезен.
– Не глупости, Жанна Игнатьевна. Я продаю свою часть бизнеса.
– Но как же… Вы же с Давидом выстраивали свое детище с нуля…
Я поджала губы, но ответить ничего не успела. Меня опередили.
– Ничего страшного, Жаба Игнатьевна. Я помогу Давиду не хуже. У меня отличный опыт…
Ольге настолько сильно не понравилась негативная реакция тети Давида, что она показала собственное я и оскорбила Жанну. Неприкрыто, но невзначай, словно она оговорилась.
Давид был настолько увлечен тем, что буравил меня взглядом, что даже не заметил того, как его тетку назвали жабой. Но Ольга этого не поняла и восприняла его молчание, как зеленый свет. Даже расправила плечи и высоко вздернула подбородок.
– Да какой у тебя опыт, не смеши, – хмыкнула Жанна. – Ноги раздвигать перед состоятельными только и горазда. Что ты сделала с Давидом, чтобы он посмотрел на такую, как ты? Подсыпала ему что-то?
Я ахнула, впервые слыша от бывшей свекрови подобные оскорбления.
– Давид, ты слышал?!
Визг Ольги заставил меня поморщиться и отшатнуться. Я едва удержалась, чтобы не положить руку на живот в защитном жесте.
Близкое присутствие Ольги и Давида напрягало меня и заставляло лишний раз нервничать, так что ничего удивительного, что я желала оградить своего ребенка от двух этих мерзких предателей.
– Тетя, пожалуйста, держи себя в руках, не нужно оскорблять мою будущую жену. В скором времени вам придется как-то существовать вместе. В конце концов, она мать твоего внука.
– Пф, – отреагировала Ольга и закатила глаза. – Не нужно, милый, Лариса – прекрасная бабушка, другой Данилу и не надо.
Давид перевел злой взгляд на Ольгу и посмотрел так, что она резко заткнулась и вся побледнела.
– Иди в машину. Там ждет ребенок. Тебе не кажется, что надолго оставила его?
Предупреждающий тон Давида не оставлял сомнений в том, что он в гневе и в любой момент взорвется. Вот только в отличие от меня Ольга не умела распознавать эти сигналы, или просто успешно игнорировала их, считая, что он спустит ей всё с рук.
– Он с твоим водителем. Присмотрит, как никак, мы платим ему большие деньги. Нам надо будет с тобой обсудить зарплату прислуги. Я…
– Закрой рот и иди в машину! – рявкнул взбешенный и выведенный из себя Давид, но вместо страха я испытала удовлетворение.
У меня непроизвольно вырвался смешок, и я не стала этого скрывать, продолжая улыбаться.