А потом… потом, как и многие на этой песне, мы с Томом взялись за руки. Я даже не сразу понял, как так получилось. Не знаю, кто кого держал. Оба. Всю эту песню. Мне казалось, что я слышу стук его сердца. Нет, мы не смотрели друг на друга. Но я чувствовал, что это нам сейчас и не было нужно. Мы просто чувствовали друг друга, становясь еще чуточку ближе.
Это было волшебно.
Я не знаю, насколько хорошо Том понимает по-английски. Но мне кажется, он смысл этой песни почувствовал, что ли…. Просто, я на одном моменте поймал его взгляд - он улыбнулся, чуть виновато, как мне показалось. Я ответил улыбкой. А у самого защемило сердце.
«И ты ведь знаешь,
Это вопрос похоти,
Это вопрос доверия,
Это вопрос того, что мы не даем,
Разрушиться в пыль тому, что построили
Все это и нечто большее
Сохраняет нас вместе»
Только и после этой песни, мы не отпускали друг друга. Вернее, это я не отпускал его руку.
А он не отнимал ее у меня.
Он чувствовал, как мне это было нужно, важно, держать его теплую ладонь в своей, ощущая его сильные пальцы. Я не знаю, как он себя при этом чувствовал. А у меня кружилась голова. Я хотел, чтобы это продолжалось вечно.
Потом мы отпустили руки, когда следующая песня закончилась, и все хлопали. Это получилось очень естественно, без напряга. Но я потом еще очень долго чувствовал тепло его руки в своей.
Все закончилось так быстро, но помнить об этом я буду еще долго…
Мдааа… Что-то я разошелся. Накатал.)))
Хотя все эти слова не могут выразить того, что творится у меня в душе.
Уже поздно и можно лечь спать.
Вот только я сомневаюсь, что вообще смогу сегодня заснуть.
Спокойной ночи всем вам! А еще лучше, пусть этой ночью вы будете не одни.
Мне так этого не хватает.
Его не хватает.
***
Все хорошее действительно заканчивается очень быстро. Но, когда по окончании концерта парни выходили с трибуны, как всегда в таких случаях создалась некоторая толпа в проходах стадиона. Том шел позади Билла, и тот чувствовал, как Том в этой тесноте иногда, помимо своей воли, прижимается к нему всем телом. Билл понимал, что это, конечно, из-за тесноты и скопления людей, но у него от этих прикосновений темнело в глазах. Он готов был оставаться в этой толпе как можно дольше, лишь бы чувствовать спиной тело Тома, его руки, его тепло.
А потом они добрались до машины - взбудораженные, еще не остывшие после шоу, со своими впечатлениями, ощущениями, переполняющими их так, что все это хлестало через край. Том упал на сидение и, наклонившись вперед, от избытка чувств, стукнулся лбом о переднюю панель, говоря, как он благодарен Биллу за этот концерт. Но он даже не мог себе представить, КАКИЕ эмоции сам подарил в этот вечер Биллу, только оттого, что был рядом.
Эти волны мурашек по телу, сумасшедшие ощущения от его улыбок, взглядов, прикосновений, ощущения его горячего дыхания, когда он что-то говорил на ухо, пытаясь перекричать шум толпы и грохот ударных. Или когда Билл что-то отвечал, склоняясь ближе и неосознанно касаясь губами щетины на его щеке. Все это они запомнят надолго.
Билл заглушил мотор перед домом Тома, и они еще какое-то время молча курили, слушая музыку и свои мысли, переваривая все то, что произошло за последние три часа.
