Билл втянул воздух сквозь зубы, опустил ноги с дивана, оперся локтями о колени, вертя стакан в беспокойных пальцах. Том видел, что он решается на что-то. И не торопил. А Билл на самом деле решался. Решался рассказать правду. Ту самую правду о себе, которая рано или поздно станет известна Тому. Так зачем лгать сейчас? Зачем что-то выдумывать? Конечно, можно просто сказать: «Фигня все это, не обращай внимания!» Но это было бы так натянуто, так неправильно. Не набивают такие татуировки от просто так, от нечего делать.
- Это инициалы, - тихо начал Билл, и Том и затаил дыхание. - Мой и человека, которого я любил.
Том смотрел на Билли, который, как тогда, в баре, перед своим вопросом, поставившим мир Тома вверх тормашками, сидел, опустив голову, и челка закрывала половину лица.
- Ясно, - Тому захотелось провалиться сквозь землю. Он вдруг почувствовал, что причиняет боль Биллу.
И это было связано не с тем, чья первая буква имени красовалась на его шее, а с тем, кто в полуметре, совсем рядом, сидел на диване.
И не понимал. Не знал…
Билл, вспомнил, как держал руку Тома на концерте, и вернулось ощущение теплого тела, когда они катались на мотоцикле. И стало страшно, до потери сознания страшно, что он может потерять все это, оттолкнув правдой, которая уже в прошлом.
«Так рано еще… Для того, чтобы открывать все свои тайны. Слишком рано. Том не готов».
За эти секунды Билл, еще не произнеся ни слова, уже знал, что не расскажет – он не имеет права рисковать тем, что пытался сохранять всеми силами. Он заставил себя спокойно поднять голову, откинуть волосы, посмотреть на Тома и сказать, как можно увереннее:
- Это было так давно, Том. Все это в прошлом.
Понимающий кивок Тома и натянутая улыбка – он понял, что Билл не хочет говорить на эту тему. Но выбора не было – этот странный парень, в очередной раз, остался для Тома загадкой. Хотя, большей загадкой для Тома было то, почему он сам так странно отреагировал на простую татуировку?
У Тома ведь тоже была татуировка, и он тоже решил, что о ней не скажет. Потом, может быть, когда-нибудь...
- Прости, если что, я не хотел… - Том затушил окурок.
- Иногда мы все делаем глупости, правда?
- Да, со всеми бывает, - Том смотрел на тонкие пальцы Билла, держащие стакан, и подумал, что не знает - глупость ли то, как он относится к нему?
- Ты считаешь глупостью те отношения или их последствия, оставшиеся у тебя на шее? Вопрос Тома застал Билли врасплох. Он никогда раньше не задумывался об этом.
«А ведь на самом деле, если бы не было той совсем еще детской, но такой настоящей любви, не было Рауля, появилось бы осознание того, что он, Уильям - бисексуал? Или, может, это пришло бы позже, после встречи с Томом? Или вообще никогда?»
- Не знаю, - ответил Билл, и Том почувствовал растерянность в этом ответе. – Может, и то, и другое. А может, только эту татуировку.
- Не было желания ее свести? - спросил неожиданно, даже для самого себя, Том и втянул голову в плечи, когда до него дошло, что…
«Я ревную?! Это уже клиника! Хватит пить. Вот что!»
- Может, когда-нибудь и сведу, - выдохнул Билл и положил себе на шею, под волосы, ладонь, слегка касаясь букв. Он закрыл глаза и просто дышал. Глубоко и ровно. По едва приметным движениям пальцев Билли Том догадался, что он легонько водит по ним, будто ласкает. Тому казалось, что Билл лелеял те воспоминания, что были связаны с этой тату.
«Человека, которого я любил», - прозвучали в голове слова, сказанные Биллом, и засосало под ложечкой.
«Твою мать!» - взвыл Том мысленно, понимая, что действительно нужно срочно завязывать пить. Или валить домой, от греха подальше, или…
- Может, будем отдыхать? Вечер у нас выдался сложный, – очень вовремя спросил Билл. - Гостевая спальня в твоем распоряжении.
Том выдохнул, цепляясь за эти слова, как за спасательный круг. Он был уверен, что самое правильное, что они сейчас могут сделать, так это оказаться подальше друг от друга.
- Спасибо, Билл. Ты прав. Нужно отдыхать.
***
Билл аккуратно прикрыл дверь спальни за Томом. И не в силах сразу оторвать пальцы от дверной ручки, пару секунд касался ее, прикрыв глаза, а потом отошел, засунув руки в карманы джинсов, закусив губу. Хотелось выпить еще. Но Билл лишь тяжело вздохнул, понимая, что может таких глупостей натворить, что лучше пойти в свою комнату, закрыться на ключ и попытаться уснуть. Голова у него все-таки болела, как бы он не храбрился перед Томом.
