Я не вмешивался, пусть сами решают хозяйственные вопросы. Нечай объяснит ему, как и в каком месте сестра Сурка может деньги в зону занести, задача нехитрая, любая женщина догадается, так что без меня разберутся. Я даже не стал говорить, что, в принципе, можно обойтись и без налички. У тех же зоновских купцов есть виртуальные банковские карты, на которые можно переводить бабки с воли. Сейчас уже совсем необязательно иметь наличку, уговаривая протаскивать ее в зону в, так сказать, «природных карманах» человеческого тела, как это было раньше. И не отшмонают уже эти бабки по-любому. Прогресс не стоит на месте, но Нечай был убежденным сторонником старых добрых бумажных банкнот, а потому — пусть их, в нашем тандеме за хозяйство всегда отвечал он, вот пусть и решает. Мне понравилось, как Нечай лихо ухватился за шанс, и быстро раскрутил Сурка, жаждущего веселой травки.
Сам же я лежал и мучительно прокручивал всю свою жизнь, пытаясь понять, как и на что в ней надо воздействовать, чтобы изменить судьбу. Я подсознательно чувствовал правоту физика, и был согласен с ним в том, что настоящая причина, из-за воздействия которой судьба человека складывается так или иначе, вообще может не казаться очевидной. Да, млять, она вообще может быть неочевидной! Чтобы ее выяснить, требуется отмотать клубок причинно-следственных связей на необходимую глубину, а это кропотливая работа и вообще не факт, что ты поймешь, она это или нет. Но…, как там постоянно талдычат психологи: все причины наших проблем в детстве?
Детство. Нормальное у меня было детство — обычное, советское, как у большинства моих сверстников. Жили мы, как я сейчас понимаю, небогато, но и не бедствовали. Отец и мать работали, зарплата шла стабильно. Мама была бригадиром на швейной фабрике, отец рулил в дальнобое по огромной стране, раскинувшейся на одной шестой части суши, и по площади, бывшей лишь не намного меньше, чем весь континент Северная Америка. При общем дефиците некоторых продуктов в магазинах, в холодильнике у нас всегда было и мясо, и колбаса, и сосиски с сардельками, не говоря уже о сыре, яйцах, масле и прочих продуктах, хотя… вру, все же сыр, масло и яйца, в дефиците вроде не были. В поздний брежневский период, названный потом «эпохой застоя», сложилась целая система того, как люди покупали дефицитные продукты и вещи через «нужные связи». Например, наш местный мясокомбинат почему-то отправлял всю свою продукцию в столицу, но на самом комбинате работали наши же, местные люди! Вот у них и покупали, или раз в месяц катались в Москву, затариваясь по полной колбасной продукцией. Маршрут: наш городок — столица, так и назывался в народе: «Москва колбасная». И то же самое, примерно было и с другими товарами. Помню, в начале семидесятых отец захотел купить личный автомобиль, но проблема для тех времен была обычной: деньги есть, а купить негде — дефицит. Конечно, можно было купить с рук, подержанную машину, но, во-первых, отец хотел новую, а во-вторых, это странно звучит сегодня, но тогда подержанные автомобили с рук были дороже, чем новые — из-за дефицита первых. Нет, так-то оформляли через госструктуру за одну цену, естественно, меньшую, чем за новое авто, но реально ты платил совсем другие деньги продавцу «на руки».
Несмотря на свой юный возраст в то время, я хорошо запомнил, как именно батя решил эту проблему, поскольку в семье это много и жарко обсуждалось. В общем, у отца был знакомый председатель колхоза, а надо сказать, что на колхозы (не только на колхозы, наверное) в то время выделялась определенная квота на автомобили для колхозников. Короче, точно не скажу, то ли отец заплатил председателю, то ли был какой-то бартер (слова такого тогда не знали, возможно, была оказана некая ответная услуга), но чудесным образом по бумагам отец оказался заслуженным колхозником, передовиком социалистического труда, которому колхоз в виде премии выделил квоту на покупку личного автомобиля. Помню даже, как мы с отцом поехали получать машину в областной центр, как выбирали из, наверное, пары сотен сверкающих красавиц, стоявших на огромной огороженной площадке железнодорожного узла. Как потом гордо катили домой на зеленом авто «Жигули-1300» (ВАЗ-21011), я крутил колесико поиска станций на встроенном радиоприемнике, а у отца не сходила улыбка с лица. Еще бы, собственный автомобиль — вещь статусная в то время, я даже не помню, была ли еще у кого-то из моих знакомых тогда своя машина, но, кажется, не было. Мотоциклы были — да, у многих, их приобрести можно было относительно свободно. Опять же, если я все правильно сейчас помню, память уже не та стала, путаюсь в показаниях, ха.