Уверена, босс не будет доставлять неприятности и вставлять палки в колёса. Он точно не станет
подставлять своего сына, а объясниться уж я смогу, если Бегемот расскажет не всю правду.
Кажется, негатив отпускает полностью, и вскоре мы с Ромой присоединяемся к остальным. Вадим
Сергеевич что-то читает в телефоне. Больше чем уверена, что следит за рейтингом нашего
журнала. Он косится в мою сторону и подмигивает.
Вроде бы Вадим Сергеевич не злится на меня. Хоть это радует.
Мама Романа общается со своей подругой.
Странно всё это.
Зачем было устраивать такой показушный ужин, если женщина хотела пообщаться с подругой?
Устроили бы дружеские посиделки, в конце концов. Могу понять, почему они позвали Рому: чтобы свести с Евочкой, конечно же, то почему пригласили Вадима Сергеевича? Сидит, бедный, в
сторонке.
— Ром, помоги мне, пожалуйста... Я хочу сделать несколько фотографий вон на тех качелях...
Пофоткаешь? — Подходит к нам Ева и строит глазки Бегемоту.
Он от её липкого голоса не тает, даже тушуется слегка.
— Ев, попроси свою маму, ведь я сейчас занят своей невестой.
— Бегемотик, ничего страшного не случится, если ты поможешь несчастной.
Можешь сделать пару фотографий, я же полностью доверяю тебе и ничуть не ревную. Ты же не
пёсик, чтобы бросаться на кости. — Последние слова почти шепчу себе под нос, но кто нужно
слышит.
Ева поджимает губы и бледнеет, явно готовясь обрушить на меня тираду возмущений.
Роман недовольно зыркает. Он просил, чтобы я помогла избавиться от её навязчивого внимания, а я тут сама толкаю его в объятия этой девицы. Потерпи немного, Бегемотик... Не всё ведь сразу.
Пока мужчина уходит со своей «подругой детства» к качелям, я ловлю удобный момент, присаживаюсь рядом с Вадимом Сергеевичем и шепчу:
— Всё не так, как вы думаете.
— Очень надеюсь, что не мой сын стал причиной вашего с мужем развода, Аня?
— Нет, конечно! У нас с Ромой ничего.
— У вас с Ромой самая чистая любовь, я это вижу, Анечка. Вы прекрасно подходите друг другу, —
Чуть повышает голос Вадим Сергеевич.
Оглядываюсь и понимаю, что к нам приблизилась Нина Андреевна.
Поняла.
Это мероприятие — спектакль, где каждый просто играет отведённую ему роль.
— Нина Андреевна, у вас такое красивое платье, вы в нём напоминаете греческую богиню. —
Делаю комплимент женщине, и она неожиданно для всех смущается, улыбается и старается
скрыть заалевшие щёки
Ого!.. Она и так умеет? Может, не всё потеряно?
— Вы давно знакомы с моим мужем? — с нотками подозрения в голосе спрашивает Нина
Андреевна.
— Ничего-то от тебя не скрыть, Ниночка. Со мной Анечка знакома дольше, чем с моим сыном, ведь уже полтора года она трудится на благо нашего журнала.
Упс... а мужчина нам сейчас всю легенду рушит. Мы же вроде как... Я же ведьма э-э-!
— Это интересно. Вы совмещаете свой дар ведьмы с работой в журнале? Пишете, наверное, гороскопы? Как прогнозы звёзды дают близнецам?
Вадим Сергеевич понимает, что ударил «мимо». Мы с Бегемотом, кажется, заврались. А где
Бегемот? Озираюсь и бешусь от того, что эта Евочка совсем уже берега попутала, повиснув на шее
мужчины.
— Погодите буквально пару минут. Я только спасу своего любимого от груды костей, вешающихся
ему на шею. Обереги подобного рода Рома не любит... Я вернусь и расскажу вам, что говорят
звёзды.
Нина Андреевна улыбается, а я встаю с места и направляюсь в сторону своего «благоверного».
Мамаша Евы пытается остановить меня, но я не обращаю на женщину совершенно никакого
внимания и приближаюсь к «голубкам».
— Евочка решила сделать фотографии эротического содержания? — спрашиваю я.
— Я ногу подвернула, а Рома сейчас отнесёт меня на руках на шезлонг Правда, Рома?
Достаю из кармана вещицу, которую как чувствовала, что должна взять с собой.
Засушенная куриная лапка. Сую этой бесящей Еве в руку, девушка взвизгивает, откидывает ножку
и отбегает в сторону.
— вот видишь, как легко эта штука лечит от всех болезней... и от вывихов тоже. Так что советую
поднять и не отвергать подарки, которые тебе делает потомственная ведьма, а то ведь вместо
благодати можешь и проклятия сгрести, а их и в твоей порче выше крыши, — шиплю я, хватаю
Рому под локоть и тащу в сторону его родителей.
По сотрясанию тела мужчины понимаю, что он посмеивается; смотрю на него, но тут же отвожу
взгляд.
— Ты чего вытворяешь? — возмущаюсь я. — Меня нанял, чтобы показать, как изменяешь своей
невесте? Так смотри... С ведьмой шутки плохи.
— Какая строгая ведьмочка. Ты сама отправила меня с этой фурией. Я думал, что это часть какого-то коварного плана по избавлению от неё.
Недовольно цокаю языком.
— Ты ревнуешь меня — это факт.
— Вот ещё Я просто боюсь, что ты не заплатишь за этот маскарад, переключившись на другую. Так
что не обольщайся.
— Правда? А я чувствую, что ты ревнуешь. Единственное, что останавливает меня, чтобы не
прижать тебя к стене и не доказать, что я тебе небезразличен, — наличие у тебя мужа. А может не
следует останавливаться? Вдруг этот муж мистический? А, ведьмочка?
— Заткнись, — шиплю я.
Мимо нас пролетает Олеся-или-как-там-её, мчится прямиком к своей дочери, которая