— Мистер агент Кёниг, я хотела… — начала была она. Она хотела рассказать ему, что ей нужно было с ним сделать. Чтобы показать этим зажравшимся уродам, что она достойна. Объяснить ему всё… Но поняла, что Кёнигу это не интересно. Его интересовали его задачи.
Своей металлической лапой, он с лёгкостью поднял ее за шкирку. Посмотрел ей в глаза, даже кажется прочитал, что она хотела ему сказать, но не повел и бровью.
— Я разочарован. — сказал он, опустив ее на ноги. — Ещё один подобный прокол Софи и тебе будет плохо. Я и организация это устроим.
Кёниг пошёл к выходу.
— Так её! Глупая Деффчонка! — поддакнул ему капитан.
— Заткнись каракатица. — Софи демонстративно ударила его в плечо, проходя следом за Кенигом.
Капитан посмотрел, за тем как два его пса тащут Джона, затем на выбитое окно, откуда были видны наступающие коты. Он выпил из фляги, а потом плюнул в сторону котов и пошёл следом за остальными.
Все пятеро бежали, Лев как прежде, чуть сзади, лишь бы не чувствовать ничего, что ему не нравилось. Громыхающие танкетки оставляли темные облака и запах бензина, на который Лев старался не обращать внимания, хотя инстинктивно морщился от него. Его сердце глухо билось в глубине груди и на фоне остальной шумихи оно затерялось и никак не выходило на связь.
Гаврила бежал чуть правее Славы. По другую сторону от Волайтиса шли Юля и Федя. Гаврила пытался на ходу подстрелить цель, однако удавалось ему это на ходу не очень удачно. Он смотрел на удаляющиеся гусеницы и на то, как они как будто двигались не сами, а толкали землю назад. Собачьи самолёты почему-то стихли и он не сразу заметил этого, лишь когда начал оглядываться на голубой небосвод. К тому моменту цеппелин подорвал собачью самолетную катапульту и воздух уже всецело переходил под контроль котов. Сам цеппелин выглядел уже не важно. Возможно его не сбили, лишь потому, что побоялись, что экипаж решит идти на таран по крепости.
Самолёт над их головами спустился почти вплотную, одежда Гаврилы будто бы в ужасе затрепыхалась, он пролетел в паре метров от их голов и выпустил линии из крупнокалиберного пулемёта. При попадании они заискрились и Гаврила припомнил ту гадость, которую вспоминал в канализации. Он сморщился. Пару танкеток взорвались и запылали. Солдаты заорали, как папуасы на жертвоприношении. Слава прокричал " За короля!". Это вызвало громкое авиации. Льву стало тошно от этого.
Они шли к крепости. Оставалось не более пары километров, когда из за переулка между домов, выскочила танкетка. Четверка попыталась закрыться руками. Лев лишь сумел сиронизировать, что с тем же успехом они могли закрыться бумагой от огнемёта. Но когда они увидели испачканную запекшийся кровью морду Тагира, то успокоились. Гриша жестом позвал их внутрь и они полезли внутрь. Когда Лев захотел влезть, Тагир подал ему руку. Лев посмотрел на неё и влез без его помощи. Тагир улыбнулся и Лев едва сдержался, чтобы не врезать ему в зубы.
— Все на борту? — спросил Саша.
— Где Андрей? — оглядывая всех спросил Гаврила.
— Забудь о нем. — отрезал Тагир. — Ему уже не зачем боятся пули.
Гаврила сначала задумался, а когда понял то глаза его округлились и он хотел зареветь. Лев сдвинулся от него и еле сдерживающий себя Гаврила повалился на плечо Славы.
Саша поехал вперёд. Гриша начал огонь из пулемета частыми очередями. Ритмичный звук понравился Льву. За танкеткой бежало несколько котов, стараясь укрыться от огня. Рядом ехали другие кошачьи машины. Тагир встал, поднял взятую у псов винтовку и замахал ей, словно шаман посохом. Ему было немного тяжело устоять на танкетки, но это не было ему помехой.
— ЗА КОРОЛЯ! — прокричал он во все лёгкие и чуть закашлялся после этого. Юля с испугом заметил, что у него течёт кровь. Гаврила оторвался и посмотрел на него. — ЗА АРИСТОКРАТИЮ! ЗА САИДА! СМЕРТЬ ПСАМ!
Громкие овации и крики среди окружающих. Даже Саша закричал как доисторический охотник, на возгласы жреца. Один Лев молчал и лишь удивлялся, что за долгие годы борьбы против опасных сект, государство не постеснялись ввести свою.
Тагир же повернулся и прикрываясь невысокой крышей открыл огонь прямо на ходу. Слава на поднятом духе поступили так же. Вместе они вполне неплохо отстреливались от танкеток. Гаврила не зная куда деться повалился на плечо Феди и тот похлопал его по спине. Вскоре его плечо стало мокрым от Гаврилы.
Лев смотрел назад. Он видел сотни блесков. Как у Миши, как у Петра, как у всех солдат до этого. Такое сияние бывает лишь утром, когда на свежей росе отражается солнце. Но эти огоньки пугали. Они составляли лицо смерти. Смеющиеся лицо, каким бывает лицо ребенка в магазине конфет. В это момент Лев кажется даже начал впервые примиряться с мыслью, что это вполне нормально, видеть эти блески в глазах. Что это пожалуй, не самое страшное. Страшнее…
Не мешай мне
Я просто хочу дописать
"…"