Сандро явно был не в настроении. Видимо, опять направлял в белорусское консульство заявление на выдачу визы и опять получил отказ. Так было уже раз пятнадцать, и каждый раз заявление возвращалось с лиловым штампом «Запрещено. Комитет государственной безопасности Республики Беларусь» – там до сих пор не могли забыть эпизод с прабабкой, который почему-то был истолкован властями как «оскорбление национальной государственности». Сандро, получая эти письма, всегда впадал в меланхолию, поскольку слова «государственная безопасность» были для него непостижимы в своей бессмысленности, причем в сочетании со словом «комитет» – особенно. Он знал только один «Комитет» – ресторан в Филатогорье, южном пригороде Пскова, откуда он время от времени переманивал официанток на обещание дать тридцатипроцентную прибавку к зарплате и познакомить с папой.
Андрей не стал надоедать Сандро и пошел вглубь зала, по дороге пожимая руки знакомым. Усевшись так, чтобы его было видно от входа, он вызвал из киктопа меню и нажал кнопку «2» напротив «Двойной александрийский». Бармен за стойкой кивнул понимающе, намешал в литровом бокале с крошеным перемороженным льдом виски, гранатовый сок и тоник «Граллз», подозвал официантку и кивнул в сторону Андреева столика. Девушка подняла бокал на поднос, продефилировала фирменной сандрообедовской походкой, способность к которой Сандро одному ему известным способом опознавал по глазам претендентки, и сгрузила коктейль на столик.
Андрей взял бокал, мысленно провозгласил тост: «Чтобы пронесло!» и выпил не отрываясь. Потом зажмурился, наслаждаясь накатившей истомой, а когда открыл глаза, увидел напротив себя высокую женщину в темно-сером брючном костюме из очень тонкой материи. Костюм ласково облегал ее тело, тем не менее, подходил под определение «строгий».
– Медитируете, Андрюша? Или фантазируете по обыкновению?
Они встречались не раз, ее манера говорить «Андрюша» сильно коробила Сазонова, но удачно ответить ей у него никогда не получалось. Даже самый простой вариант «Машенька» почему-то казался совершенно неуместным: было в ней что-то от английской королевы классических времен.
– Репетирую, Мария.
– И что же? – вскинула брови Мария.
– Наш с вами непростой разговор. – Андрей решил быть правдивым. – По обыкновению.
– Так вы меня, что ли, ждете? – теперь Мария совсем уж удивилась.
– Стечение обстоятельств, – ответил Андрей и, в общем-то, опять не соврал.
Мария оглянулась по сторонам. Андрей встал, обошел столик и, став за спинкой, отодвинул предназначенное для нее кресло.
– Не оставили мне вариантов. – Мария уселась. – А хорошо у вас получается. Вы, официантом, случайно не работали, Андрюша?
– Нет, – усмехнулся он, возвращаясь на место. – Я все больше по специальности… А что у вас нового? – дежурное начало разговора, но почему бы и нет.
Мария состроила ироничную гримаску. У нас все новое, работаем мы много, в отличие от некоторых, должна была означать она. По крайней мере, так показалось Андрею, и он решил, что напрасно рассчитывает на этот разговор.
– Что нового? – начала она, проглядывая список блюд. – Изучаем сравнительный урон Золотой Орде в результате поражения от Альгирдаса16 при Синих водах и от Дмитрия Донского17 на Куликовом поле. Пытаемся посчитать, сколько взяток в среднем брал приказной чиновник при Алексее Михайловиче18 до Соляного бунта19 и сколько после. Прикинули экономику Северной войны20. Ну и Новгород, конечно…
– А по Новгороду что? – заинтересовался Андрей. Действительно заинтересовался.
– По Новгороду? По Новгороду у нас на этот год главное – уровень образования и падение республики. Пытаемся понять широту кругозора представителей основных боярских родов. Тех, которые защищали традиционные новгородские порядки. Хотим выяснить, способны ли они были в принципе проводить разумную и эффективную политику, реально соизмерять свои возможности и амбиции, могли ли они оценить степень поддержки их действий в среде простонародья или действовали вслепую… Вырисовываются очень интересные выводы…
– Но, Андрюша, – она махнула рукой на киктоп, – я есть хочу!
Андрей опять открыл меню.
– Давайте для начала возьмем вот этот салат с утиной грудкой и морской капустой. Она у Сандро гидропонная, гораздо лучше натуральной. А вот лосося возьмем настоящего, морского. Он мускулистый…
– Какой? – улыбнулась Мария.
– Мускулистый. Плавал много. Тренировался. Те, которые с ферм, не такие.
Мария опять улыбнулась, и Андрей вздохнул с облегчением: вроде бы налаживается разговор.
Он остановил проходившую мимо официантку, и им быстро принесли местного вина.
– За нормальные выходные, – предложил Андрей.
Они чокнулись, а когда бокалы опустели, Мария спросила:
– Андрюша, а вы заметили, что почти все перестали пить за здоровье?
Андрей удивленно посмотрел на нее.
– Мне кажется, это важно, – сказала она, глядя в окно. – Меняется психология. Крепкое здоровье само по себе перестало быть ценностью.
– Может, мы стали слишком долго жить? – предположил Андрей. – Перестали бояться смерти? Разуверились в существовании чистилища?
