Он - альфа, учитель рисования. Другой - омега, ученик 11 класса. Почему он выбрал именно его? Почему не отстает, даже не смотря на все его попытки оттолкнуть напористого омегу?! Как можно настолько не уважать себя?! Но когда он все-таки понадеялся, что омега, наконец, от него отвяжется, он приходит к нему с такой дикой просьбой! Он вообще нормальный?!
Изнасилуй меня!
Пролог
От автора:
В этом мире все немного иначе. В нем существуют альфы, омеги и беты. У омег есть татуировки, которые находятся на плечах, по которым становится ясно, сколько раз за всю жизнь может забеременеть омега. Так же татуировки есть у бет (но это бывает редко и чаще всего встречается по одной метке на всю жизнь), а так же татуировки есть у альф (что просто колоссальная редкость, но все же встречается).
С самого детства становиться ясно, сколько за всю жизнь человеку предстоит беременностей. Когда организм считает время самым подходящим для беременности – метка загорается ярко-красным цветом и горит всего несколько дней, постепенно снижая свою яркость. Если зачатие все же состоялось, то метка начинает гореть голубым. Когда рождается здоровый ребенок, то метка просто исчезает, но если ребенок родился слабенький или, не дай Боже, с какой-то болезнью, то метка никуда не исчезает и потом загорается снова, как бы позволяя попробовать еще раз, но того же партнера (от которого родился больной ребенок) организм не примет. Можно так же «пропустить сеанс» зачатия – метка просто почернеет, и потом ее уже нельзя будет использовать.
Так же в этом мире можно найти своего истинного. Когда ты его находишь, то в воздухе начинает витать твой самый любимый аромат. Ты можешь выбрать: принимать эти отношения или нет. Если ты его принимаешь, то на твоем втором плече появляются его инициалы. Если же ты от него отказываешься по какой-то причине (хоть это и несусветная глупость, ведь это твоя вторая половинка!), то ничего особого, конечно, не произойдет, просто тебя будет неимоверно тянуть к нему, тебе будет казаться, что ты упустил что-то важное.
Запахи в этом мире не главенствуют над всем (ну, это не касается истинных). Альфы и беты ничем особым не пахнут, только омеги во время течек (течка у них случается только тогда, когда загорается татуировка), но они сами выбирают себе партнера, чаще всего самого сильного из претендентов (за неимением истинного). Во время течки омега просто вкусно пахнет, но голову никому от этого не сносит (опять же, кроме истинного).
Омега может спокойно подойти и попросить альфу помочь ему с течкой, это считается честью, и им совсем не обязательно быть в каких-то отношениях, кроме дружеских или деловых. Никаких претензий и обязательств, ведь омега сам решил завести ребенка.
Во всем же остальном мир не сильно отличается от нашего, кроме того, что в этом мире один материк и у них нет различая на расовые признаки, и они все говорят на одном языке.
###
Шел сильный дождь, маленький мальчик лет 8 бежал по направлению к дому со всех ног, как будто за ним кто-то гонится. Его ноги иногда заплетались, иногда он запинался, едва успевая снова их переставить, чтобы не грохнуться носом на асфальт.
Забежав домой, он быстро разулся и пробежал на кухню. Она была вся закурена, везде валялись пустые бутылки.
- Вот, мам, я купил, – запыхавшись, воскликнул мальчик, ставя на стол пакет с блоком сигарет и 3 бутылками водки.
Женщина тяжело поднялась со стула, подошла к ребенку не твердой походкой, а потом со всего размаха ударила его по лицу.
Мальчик упал на пол, но успел поймать пакет. Если бы хоть одна бутылка разбилась – ему не сдобровать. Мало того, что мать снова отправила бы его в магазин, так еще и как следует бы избила.
- Паршивец! – взвизгнула она, выхватывая пакет из его дрожащих рук. – Почему так долго?! Я что тебя до пенсии должна ждать?!
- Там просто очередь была… – начал оправдываться ребенок. – Извини.
- Пошел к черту со своими извинениями! – заорала она, плетясь обратно за стол. – Всю жизнь мне испоганил паршивец, – бубнила она, наливая себе новую стопку. – Тварь малолетняя, ничего нельзя попросить, все через жопу делает!
Мальчик уже сидел на полу, но его голова с каждым словом матери опускалась все ниже, скрывая слезы. Мама не любит, когда он плачет, она говорит, что мальчики не должны плакать. Плачут только девчонки и тряпки…
- Я, правда, старался, – тихо-тихо проговорил он.
- Что толку от твоих стараний?! – взвилась она, с грохотом ставя стопку на стол. – Если бы не ты, то я бы сейчас имела все! Перспективную работу, с которой мне пришлось уйти, чтобы тебя, недоноска, родить! Красивого любящего мужа, ну кому я нужна с такой мразью как ты?! Ты все у меня отнял!!!
- Прости… – всхлипнул мальчик.
- Ты че там опять ревешь?! – рыкнула она. – Слушай, может, меня обманули? – она снова еле-еле встала со стула. – Может, ты девка, а мне сказали, что парень? Ну-ка, давай проверим, кто ты на самом деле!
Она упала перед ним на колени и начала стаскивать с него шорты.
- Нет! – взвизгнул мальчик. – Мама, не нужно! Прошу тебя, перестань!!!
- Заткнись, шавка, – снова ударила она его. – Делай, что тебе говорят! Снимай штаны!
Мальчик глотал слезы, но больше не пытался остановить мать.
- Хм, вроде член на месте… – задумчиво проговорила женщина. – Что ж ты ноешь, как баба?! – она ударила его в живот. – Вот за что мне такое наказание как ты?!
Дым от ее сигареты неприятно бил в глаза, заставляя еще больше их слезиться.
