{ Валя стоял, прислонившись к подоконнику, и смотрел из большого окна на проезжую часть. Сзади Вали пристроился сержант Сева. Он обхватил Валю за икры и изображал половой акт. Люда снимала это всё на видеокамеру. К руке Севы был прикован молодой человек в жёлтых носках и беретке. Конечно, на нём было ещё много всего надето, но такого... непримечательного, а беретка и носки были признаком ответственной гражданской позиции и ебанутости, что, в принципе, одно и то же. Наконец, в комнату вошёл капитан, и все резко приняли серьёзный вид. Только Валя продолжал стоять всё в той же позе и наблюдать, как водитель автомобиля «Opel» наспех припарковал свою машину, вышел из неё, побежал к одиноко растущим кустам, снял штаны и присел на корточки. Этаж был девятый, поэтому Валя толком не мог разглядеть — кто это был — мужчина или женщина и зачем он вот так бросил свою машину и побежал в кусты, чтобы сесть на корточки. Вале совсем не хотелось думать о чём-то банальном. Он представлял, что водитель вдруг устал от городской суеты и просто решил расслабиться, прикоснувшись голым участком своего тела к свежему газону.
— Так, Люда, включай! — Капитан протёр платком под фуражкой, одел её и приготовился к съёмкам.
— Уже...
Капитан привычно напрягся и пробубнил на камеру:
— Так, значит, начинаем следственный эксперимент по делу Сысоева, триста двенадцать...
Капитан сбился, но на помощь пришла Люда:
— Девяносто четыре!
— Триста двенадцать девяносто четыре... Так, значит, давайте по порядку... кто предложил вам вынести мусор?
Мужчина в жёлтых носках и беретке очнулся, посмотрел сначала на Севу, потом на капитана:
— Предложил!.. Это семья, кто тут кому предлагает, никто уже никому ничего не предлагает, накопился мусор — надо вынести...
— Так, давайте без прибауток, ладно? Это сейчас в первую очередь вам нужно! Понятно?
— Понятно?! — повторил за капитаном Сева.
— Да... — Сысоев ещё раз взглянул на Севу. Теперь это уже был не порногерой, как до появления капитана, а настоящий сержант милиции.
— Так, ещё раз... Вы сами или потерпевшая попросила вас?
— Я сам...
— Так... дальше... где была в этот момент потерпевшая?
— Жена мыла окно...
— Это? — Капитан кивнул в сторону Вали.
— Это...
— Так... как она мыла, на подоконник залазила? Или с пола?..
— Залазила...
— Окно открыто было?
— Да... правая створка... она с внешней стороны начала...
— Так... Валя!.. Из климакса выходим! Открой окно!
Валя, так и не рассмотрев фигуру шофёра, принялся исполнять волю капитана. Он открыл окно и залез на подоконник.
— Так, вы что делали?
— Я сначала хотел ей помочь, спросил, давай я тебе помогу, а она продолжала мыть...
— То есть что — она не услышала вас?
Сысоев ухмыльнулся и просопел:
— Да нет... Я звук прибрал у телевизора... просто это её стиль такой общения, она, когда злится, когда злилась... делала вид, что глухая... я лежал, смотрел телевизор, она ни с того ни с сего вскочила делать уборку, я говорю, давай помогу — молчок!.. Я говорю: что сделать? — молчок! Потом такая — ничего не надо, живи как хочешь, а я в грязи жить не хочу!..
Валя понял, что это надолго, — он спрыгнул с подоконника и стал рассматривать носки Сысоева. Капитан продолжал:
— Так, ясно, то есть вы поссорились?
— Да нет... Всё как обычно...
— Нет, Сысоев, что значит, как обычно, — как обычно поссорились или что?!
— Ну, как... наверное, только это уже для нас как... не ссора... как обычно... я не знаю... так во всех семьях...
— Так, значит, давай поймём... Во всех семьях жёны так не погибают после уборки, понимаешь! Во всех семьях!.. Как обычно — это обычно все живы... Так что ты просто вспомни и изображай, что тут у вас произошло, вот он... — капитан со всей силы ткнул пальцем в грудь Вали, — вот он, это сейчас она, стоит на подоконнике, трёт стёкла...
Валя снова запрыгнул на подоконник и принялся изображать пантомиму «Мойка окон». Капитан запустил в себе программу по раскручиванию Сысоева на правду:
— Давай, ты хочешь ей помочь!.. Как у вас было, — ты что, говоришь, давай, я помогу, она как? Притворяется глухой, так? Твои действия!
— Я ей ещё раз говорю...
— Так...
— Давай, я помогу...
— Так...
— Она молчит...
— Молчит?..
— Да... я ей тогда ещё громче... Давай, я помогу!
Сысоев начал подходить к окну, на котором стоял Валя. Его жёлтые носки и берет вдруг налились такой силой, что Сева потащился за Сысоевым, абсолютно не желая того. Даже наоборот, Сева пытался притормозить, упирался ногами в пол, но Сысоев пёр на Валю, как трактор.
— Давай, я помогу!! Давай, я помогу!!!
— Эй, эй, Сева, держи его, контролируй! — Валя присел на корточки, как водитель «Opel», и приготовился к самому худшему. Капитан вместо того, чтобы успокоить Сысоева, наоборот, стал его подначивать:
— Севка, пусть он дойдёт до него! Пусть покажет, давай, Сысоев, как ты её!!!
Валя сжался в комочек и натянул бейсболку на глаза.
— Давай, я помогу!!!
— Так!
— Давай, я помогу!!!
— Так!! И!!!
Вдруг Сысоев резко остановился и опять стал мямлить:
— И... и иду на кухню, беру ведро... подхожу к двери...
