Счастливец… Никого-тонет у меня, о ком бы мог я бредить…У капитана в Лондоне жена,сын маленький. У Кингсли – вот – невеста,почти вдова… У Джонсона – не знаю,мать, кажется… Вот глупый – вздумал тожепойти гулять. Смешной он, право, – Джонсон.Жизнь для него – смесь подвига и шутки,не знает он сомнений, и прямадуша его, как тень столба на ровномснегу… Счастливец… Я же трус, должно быть;меня влекла опасность, – но ведь так жеи женщин пропасти влекут. Неладноя прожил жизнь… Юнгóй был, водолазом;метал гарпун в неслыханных морях.О эти годы плаваний, скитаний,томлений!.. Мало жизнь мне подариланочей спокойных, дней благих… И все же…
Кингсли
(бредит)
Поддай! Поддай! Так! Молодец! Скорее!Бей! Не зевай! По голу!.. Отче наш,иже еси…
(Бормочет.)
Флэминг
…И все же нестерпиможить хочется… Да – гнаться за мячом,за женщиной, за солнцем, – или проще –есть, много есть – рвать, рвать сардинок жирныхиз золотого масла, из жестянки…Жить хочется до бешенства, до боли –жить как-нибудь…
Капитан Скэт
Что, что случилось? Кто там?Что случилось?..
Флэминг
Ничего, Хозяин.Спокойно все… Вот только Кингсли бредит…
Флэминг! – что ж ты, право,не надо было выпускать его…но, впрочем… Помоги мне встать, скорей,скорей… Мы выйдем…
Флэминг
Я, Хозяин, думал…
Капитан Скэт
Нет, ты не виноват. Ух, снегу сколько!
Уходят вместе. Пауза.
Кингсли
(один, бредит)
Ты не толкай – сам знаю – брось – не нужноменя толкать…
(Приподнимается.)
Хозяин, Флэминг, Джонсон!Хозяин!.. Никого… А! Понимаю,втроем ушли. Им, верно, показалось,что я уж мертв… Оставили меня,пустились в путь… Нет! Это шутка! Стойте,вернитесь же… хочу я вам сказать…хочу я вам… А! Вот что значит смерть:стеклянный вход… вода… вода… все ясно…
Пауза. Возвращаются Капитан и Флэминг.
Капитан Скэт
Вот глупо – не могу ступать. Спасибо…Но все равно. Мы Джонсона едва лимогли б найти… Ты понял, что он сделал?
Флэминг
Конечно… Ослабел, упал; бессильный,звал, может быть… Все это очень страшно…
(Отходит вглубь палатки.)
Капитан Скэт
(про себя)
Нет, – он не звал. Ему лишь показалось,что он – больной – мешает остальным, –и вот ушел… Так это было простои доблестно… Мешок мой словно камень –не натянуть…
