Спасибо… Мой ознобтекучею сменился теплотою…Как хороши – предсмертная усмешкаи отсвет гибели в глазах! Бодрится,играет он… До самого актерамне дела нет, но – странно – вот опятьсдается мне, что слышу голос этотне в первый раз: так – вспомнится напев,а слов к нему не вспомнишь; может статься –их вовсе нет; одно движенье мысли –и сам напев растаял… Я доволенсегодняшним разнообразным действом,личинами неведомого. Так!Доволен я – и ощущаю в жилахживую томность, оттепель, капели…Так! Вылезай, бубновая пятерка,из рукава! Не знаю, как случилось,но, жалости мгновенной повинуясь,я подменил ту карту, что схватил, –малиновые ромбы – той, другой,что показал. Раз-два! Восьмерка треф! –пожалуйте! – и выглянула смертьиз траурного клевера на Морна!Пока глупцы о розах говорят –мазком ладони, перелетом пальцевтак быстрая свершается судьба.Но никогда мой Ганус не узнает,что я схитрил, что выпала ему,счастливцу, смерть…Из спальни возвращается Дандилио.
Дандилио
Ушли? А вот проститьсясо мной забыли… Эта табакерка –старинная… Три века табакуне нюхали: теперь опять он в моде.Желаете?Тременс
Что с Ганусом? Припадок?Дандилио
Так, пустяки. Приник к постели, что-тобормочет и выбрасывает руки,как будто ловит за края одеждневидимых прохожих.Тременс
Пусть, – полезно.Научится.Дандилио
Да, всякое зерногодится в житницу души, вы правы…Тременс
Я разумел иначе… А, шагимоей влюбленной Эллы! Знаю, знаю,куда она ходила…Входит Элла.
Элла
Дандилио!Дандилио
Что, милая, что, легкая моя?..Элла
Остались щепки… щепки!.. Он… Клиян…О Господи… Не трогайте! Оставьте…Я – липкая… Я вся холодной больюпропитана. Ложь! Ложь! Не может быть,чтоб это вот звалось блаженством. Смерть,а не блаженство! Гробовою крышкойзадели душу… прищемили… больно…Тременс
То – кровь моя. Пускай она поплачет.Дандилио
Ну вот… Ну вот… Дай отодвину локон…Жемчужины и розы на щеках,блеск, волосы, росистые от снегу…Ты – глупая. Все хорошо. Играя,ребенок поцарапался – и плачет.Жизнь обежит, шумя летучим платьем,все комнаты, как молодая мать,падет перед ребенком на колени,царапинку со смехом поцелует…Занавес
АКТ IIIСцена IГромадный кабинет. В высоких окнах – ночь звездная, но сцена в темноте. И осторожно входят две фигуры.
Морн
