Изобретения профессора Вагнера полностью

Штирнер свистнул. Из смежного кабинета послышались мягкие, но тяжелые шаги. В кабинет, переминаясь с ноги на ногу, вошел на задних лапах бурый медведь. Он молча приблизился к Рудольфу и, упершись лапами в грудь, стал толкать его к выходной двери.

Рудольф побледнел и полуживой от страха дошел до двери, потом вдруг с истерическим криком бросился бежать от преследующего его медведя.

Эльза была испугана, Штирнер хохотал, откинувшись в кресле.

— Вот лучший способ отвадить нежелательных посетителей. Больше не явится, будь покойна!

И он опять засмеялся. Позвонил телефон.

— Алло! Штирнер, да, я вас слушаю. А, опять вы, господин Готлиб? Вы этого так не оставите? Ого! А вы хорошо стреляете? Так, так. Только не советую охотиться на меня вблизи дома! Имейте в виду, что я отдал приказ моим четвероногим друзьям о том, что если вы еще раз попадетесь им на глаза, то они должны разорвать вас на части, как глупого козленка!. Что, смерть вашего дядюшки? Убийца?

Скажите пожалуйста!. Так, так… Желаю успеха!

— Дурак, — сказал Штирнер, кладя трубку телефона.

— Людвиг, можно ли так пугать людей?

— Дорогая моя, это наиболее безобидное орудие в арсенале человеческой борьбы. Но у тебя была еще вторая просьба?

— Теперь уж я не знаю…

— Не беспокойся. Твой второй протеже не попадет в объятия медведя. Кто он?

— Это Эмма. Я была у нее. И она умоляла меня отпустить с ней Зауера на юг. Ей необходимо лечиться, а без мужа она не поедет.

— Да, можно. Теперь можно. Я обойдусь без Зауера. — И, взяв в руки утренний выпуск газеты, Штирнер повторил:

— Теперь можно! Кстати, ты не читала сегодняшней газеты? Вот прочти, любопытная заметка. Читай вслух.

Эльза взяла газету, на которой Штирнером было подчеркнуто красным карандашом заглавие:

«МАССОВЫЙ ПСИХОЗ

Вчера вечером в городе наблюдалось странное явление.

В одиннадцать часов ночи, в продолжение пяти минут, у многих людей — число их пока не установлено, но, поимеющимся данным, оно превышает несколько тысяч че-

ловек — появилась навязчивая идея, вернее, навязчивый мотив известной песенки «Мой милый Августин». У от-

дельных лиц, страдающих нервным расстройством, по-

добные навязчивые идеи встречались и раньше. Необъяс-

нимой особенностью настоящего случая является его массовый характер. Один из сотрудников нашей газетысам оказался жертвой этого психоза. Вот как он описы-

вает событие:

— Я сидел со своим приятелем, известным музыкаль-

ным критиком, в кафе. Критик, строгий ревнитель клас-

сической музыки, жаловался на падение музыкальных вкусов, на засорение музыкальных эстрад пошлымиджаз-бандами и фокстротами. С грустью говорил он отом, что все реже исполняют великих стариков: Бетхо-

вена, Моцарта, Баха. Я внимательно слушал его, кивая головой, — я сам поклонник классической музыки, — и вдруг снекоторым ужасом заметил, что мысленно напеваю мо-

тив пошленькой песенки: «Мой милый Августин». «Что, если бы об этом узнал мой собеседник? — думал я. — С ка-

ким бы презрением он отвернулся от меня!.» Он продол-

жал говорить, но будто какая-то навязчивая мысль пре-

следовала и его… От времени до времени он даже встря-

хивал головой, точно отгонял надоедливую муху. Недо-

умение было написано на его лице. Наконец критик за-

молчал и стал ложечкой отбивать по стакану такт, и я был поражен, что удары ложечки в точности соответ-

ствовали такту песенки, проносившейся в моей голове. У