Так спит. Сиг тоже. Он заснул за столом, нелепо перекосившись, словно наклонялся за чем-то, но в последний миг устал и уснул. Из рукава выглядывал край карты.
– Подъем! – Сержант пнул Сига, но тот не шелохнулся.
Похоже, работа, которая представлялась поначалу легкой и где-то забавной, перестала таковой быть. Натянув сапоги, Сержант вышел из комнатушки.
Благо идти было недалеко.
Мерзкий звук исчез, но покрывало магии еще держалось в стенах замка.
Спала стража.
И парочка в укромном уголке. Сонный кавалер держал на весу ногу сонной же дамы… нога была довольно милой, но задерживаться Сержант не стал.
Лаашья вытянулась вдоль порога. В руках клинки. Выражение лица мечтательное. Наверняка сон добрый – кошмар надолго не удержит: Сержанту ли не знать. Ему давно не снятся добрые сны. Повезло, что в последнее время сны вообще не снятся.
Он коснулся было ручки, но передумал. Эту границу поручено стеречь, а не пересекать. Дверь одна. Мимо не пройти. И Сержант, прислонившись к косяку, закрыл глаза. Спать он не собирался.
Слушал.
Тишина. Дыхание. Храп… поскрипывание и треск. Слабые звуки, из тех, что производит любой старый дом с возрастом. Снова храп. Бормотание – кто-то кого-то уговаривает. И если сон добрый, уговорит. Стрекот сверчка, правдой оказалось, что они к магии не чувствительны.
Звон.
Крик, который стих раньше, чем Сержант вышиб дверь. Про наличие ручки он забыл.
Взгляда хватило, чтобы оценить происходящее. Его бестолковую подопечную загнали в угол и вознамерились лишить жизни. Сержант почувствовал, как в ближайшей перспективе и собственная его голова расстается с телом.
Обернуться нападавший не успел.
Его отшвырнуло. На стол, сбивая и кубок, и сам стол. Что-то хрустнуло. И стало вдруг тихо-тихо.
Безопасно.
– Леди, вы не могли бы в следующий раз сразу кричать? – поинтересовался Сержант, пинком подбивая нож к столу.
Могла бы. Прямо сейчас и начну.
Нет, уже не надо. Уже все закончилось. Меня чудесным образом спасли, и надо бы сказать спасибо. Но для начала – поздороваться.
– Вечер добрый, – сказала я, зажимая распоротый ворот рубашки.
Сейчас лежащий на полу человек не выглядел страшным. Он даже не человек – темное пятно смутных очертаний.
– Скорее утро, – уточнил Сержант, склоняясь над телом. – Вы в порядке?
– Да, благодарю вас. – Я сделала бы реверанс, если бы сумела подняться. Но я не сумела и поэтому тихонько устроилась у стеночки.
Наша светлость немного посидит и пойдет спать. Возможно, это все – только сон. У нашей светлости со снами определенно недопонимание.
– Как поживает Снежинка? – Я потерла шею, которая была мокрой. И плечи тоже. Это от воды. Я пить хотела и взяла кувшин.
– Спасибо. Ей намного лучше.
– А что вы здесь делаете?
– Вас охраняю.
– От него?
– От всего. – Сержант подошел к камину и вытащил уголек. Держал он его голой рукой – железный все-таки человек – и свечи зажигал не спеша.
– Знаете, я пыталась вас найти, чтобы поблагодарить, но не нашла.
Если разговаривать, то не так страшно. А мне все еще страшно. И страшнее, чем раньше. В конце концов, прежде меня не пытались убить. Зачем меня убивать? Я хорошая!
– Изольда. – Сержант подошел и присел рядом. Канделябр он поставил у моих ног. – Он умер. И не причинит тебе зла. Понятно?
Я кивнула. Конечно, понятно. Мертвый человек на коврике у кровати. Что может быть проще?
– Ты его убил?
– Я. – Сержант стянул с кровати покрывало.
А служанка и ухом не повела. Это же надо, до чего у людей сон здоровый.
– Позвольте, – Сержант наклонился надо мной и резко надавил пальцами на шею, – больно?
– Нет.
– А так? – Он коснулся ключицы, и я опустила взгляд. Надо же, а мокрое – это не вода… это кровь. Моя кровь? А почему она голубая?
Потому что я леди, сиречь особа высшей степени благородства.
Кажется, я рассмеялась.
– Иза, потерпите еще немного. Пожалуйста. – Сержант набросил покрывало на плечи. – Сейчас я уйду.
– Нет!
– Уйду, – строже повторил он. – Но вернусь быстро. Мне нужно привести вашего мужа.
– Зачем? – Я схватила его за руку. Сержант не должен уходить! В конце концов, на нашу светлость коварно покушались и…
– Потому что здесь случилось кое-что важное.
Это я заметила.
– И еще, вероятно, случится.
Я больше не хочу важного! Мне жарко. И хочется пить… а огонь такой яркий-яркий. Я буду смотреть на огонь. Тогда не страшно. Наша светлость вообще никого не боится. Разве что темноты и стоматологов. А Сержант вернется… надо же, я их искала, а они меня охраняли. Только кричать следовало сразу. А глупая Изольда молчала. Интересно, где Сержант прятался? Под кроватью?
Я хихикнула и прикусила пальцы, чтобы не расхохотаться. Если под кроватью, то можно его, наверное, сразу в любовники возвести и значок выдать. Кайя разозлится… он и так разозлится. Вечно от меня проблемы: то платье, то маньяк…
Сержант не обманул. Он вернулся быстро, быстрее, чем я успела придумать оправдательную речь – все-таки сложно объяснить мужу, что в твоей спальне делает посторонний труп.
Кайя был… мрачен.
