– А! Не сомневаюсь, что оно именно там, где вы и говорите. – Джефферсон наконец убрал со своей физиономии улыбку. Удивительно, как долго ему удавалось ее удерживать. У парня недюжинные политические способности. – Доктор Маккормик, вы производите впечатление приличного человека. И позвольте заверить, что мы здесь тоже приличные люди. А потому готовы сотрудничать с органами охраны общественного здоровья в расследовании этой страшной болезни. Однако нам вовсе не нравится, когда совершают вот такие несанкционированные набеги. Мы были бы очень признательны, если бы вы позвонили незадолго до того, как явились на нашу территорию и начали допрашивать пациентов. В этом случае процесс оказался бы значительно менее запутанным.
«И ты смог бы спрятать все, что хотел», – подумал я. А вслух произнес:
– Уверен, что очень скоро мы с вами свяжемся. Возможно, даже сегодня. И нам потребуется побеседовать с Дугласом Бьюкененом еще раз. Скорее всего, тоже сегодня.
– Тогда, возможно, я смогу оказать содействие. Разумеется, в том случае, если вы сообщите содержание предыдущего разговора.
– Отлично, – согласился я. – Почему бы нам не отправиться наверх и не побеседовать с мистером Бьюкененом прямо сейчас? Тем более что мне необходимо взять у него анализ крови. И спермы. Может быть, именно вам удастся мне помочь.
Ни Джефферсону, ни его телохранителю мои слова явно не понравились. Доктор холодно заметил:
– К сожалению, насколько я знаю, Дуглас куда-то ушел.
– Меня это не удивляет.
Я обвел глазами подвал. Оставалось проверить еще одну ловушку, но я решил оставить ее на месте. У меня уже было две ловушки, а рук, как известно, тоже две. Рассчитывать же на помощь доктора Джефферсона или верзилы не приходилось. Я поднял стоящие на полу клетки. Крысам это пришлось не по нраву: они снова забегали и запищали.
– Будьте любезны, оставьте это здесь, – очень вежливо произнес Джефферсон, показывая на ловушки. – Вы сможете вернуться за ними, как только получите судебное разрешение. Мы сохраним все в неприкосновенности.
– Вот это? – Я поднял клетки. – Я принес их с собой. Этих ребятишек держу у себя в качестве домашних любимцев. Длинными вечерами они составляют мне приятную компанию.
– Вы очень остроумный человек, доктор Маккормик.
Верзила пошевелился, и я немедленно осознал насущную необходимость убраться отсюда.
– Настоятельно советую оставить ловушки и связаться со своим адвокатом. Скорее всего, он вам очень пригодится.
– Или она, – добавил я. – Насколько я знаю, в нашей стране девушкам тоже разрешено изучать право.
И зачем только я все это говорю?
– Извините, – произнес я и шагнул к лестнице.
Двое неподвижно, плечом к плечу, стояли передо мной. Крысы в клетках сходили с ума от волнения.
– Доктор Маккормик, ловушки.
Верзила сделал шаг в мою сторону.
Протянул руку, очевидно, собираясь взять одну из клеток. Не думая, а следовало бы об этом подумать, я быстро направился к лестнице. Громила засунул пальцы в проволочные ячейки и потянул к себе. Я не отпускал. Качка настолько вывела крысу из себя, что она начала орать и биться о стенки клетки.
– Ой! – вдруг вскрикнул верзила и отдернул руку, прижав ее к груди. – Она меня укусила! Эта сволочь укусила меня за палец!
Теперь уже орали обе крысы, и я специально сунул клетку верзиле в физиономию, чтобы проложить себе дорогу. Быстро побежал вверх по ступеням. Джефферсон что-то кричал вслед, но слушать было некогда.
Я галопом скакал по коридору к выходу и ругал себя: как глупо и нелепо! Заглянул в клетку на мечущуюся в ней крысу. Будет просто здорово, если моя маленькая подружка действительно окажется возбудителем болезни и я, доктор Натаниель Маккормик, собственноручно заразил человека.
Оставалось лишь надеяться, что малышке не удалось прокусить шкуру этого дуболома.
Сначала требовалось успокоиться, а уже потом отправляться на Гилфорд-авеню, в департамент здравоохранения Балтимора, чтобы сдать добычу и обсудить все, что удалось выяснить, с доктором Ферлахом и другими коллегами. Именно потому я не поехал прямой дорогой, которая вела непосредственно в центр города. Вместо этого выбрал окружной маршрут, через студенческий городок университета штата Мэриленд и с остановкой в одном из моих любимых ресторанчиков. Даже медицинский детектив, расследующий вспышку серьезного заболевания, вынужден хотя бы иногда есть. Особенно если он только что подвергся нападению или если, не дай-то Бог, инфицировал человека.
