Подошел старик. Проклюнулся между двумя гигантами, тощий и сморщенный, как старое дерево. Лицо хоть и псориазом до красноты посушенное, но в общем еще молодчиком дед держится. Один глаз сизой мутью подернутый, зато второй из-под косматой брови - ого-го, остротой насквозь пронимает. В два захода нас четверых просканировал: сначала по наличию и классификации оружия, затем по лицам. Лет старичку эдак восемьдесят, и что-то подсказывает мне, что добрых шестьдесят он отработал в тех самых органах. Больно глаз метко работает.
- Чего хотят? - спросил у своих, задержав взгляд на Ольге. А я что говорил - дедуля, по ходу, еще тот будет. Не смотри, что жидкие волосы сединой побило и пальцы крючковатые бледны, как у смерти. Под черепной скорлупой, глядишь, еще не полностью желе.
- Бредят, - отмахнулся молодой краснощекий. - В бункер, видишь, хотят. Думают, форму "дожью" стырили и мы им уже поверим.
Дедуля сощурился, внимательней осмотрел четверых 'догов', уделив нам при этом самый мизер отведенного времени, причмокнул посиневшими губами.
- Да не, не стырили. 'Доги' это настоящие, - резюмировал. - В чем и вся загвоздка - настоя-я-ящие. Чего говорят, от Вертуна?
- Ага, бать, от Вертуна, - подтвердил старший краснощекий.
- От Херлана они, а не от Вертуна. Таким Вертун поручит гнездо разве зачистить пустоголовых тягачей, но не экскурсию в Гавришевку.
Вместо старлея заворчали младшие: Бухта, Рафат и сержант Бакун. Что-то об фильтрации базара и думаньи, прежде, чем что-нибудь сказать. Да зря это они. От придирчивого старикашьего глаза не ускользнуло несоответствие, нелогичность и неувязчивость сказанного Трофимовым и им самим. Не хватило в облике Трофимова быдлячьей изюмы, не хватило ему голодных свинячьих глаз, и в повадках не обнаружилось наследственных связей от голозадого прародителя. Не проиграли мы как следует сценарий, не присовокупили вояки к своим рожам гнилостного отпечатка, потому и выкупил старик весь этот маскарад. Ведь прав деда: истинным воякам такого дела никогда не поручат
- Значит, так, 'дожки' недоделанные, - грянул краснощекий-старший. - Сейчас вы разворачиваетесь и хреначите отсюда бегом и полуприсядью. Ясно? Пока Куле о вас не сказали и бохи ваши на местах.
Не проконала, однако, дипломатия. Хотя, пораскинуть ежели мозгами, то вероятность иного расклада была и вправду ничтожно малой. Так что по-любому надо исходить из данных предпосылок.
- Послушай, отец... - став рядом с Трофимовым, я обратился к старику.
- Не понял, ты чего, тупой что ли? - младшой стащил с плеча двустволку. - Тебе сказано было...
Старик поймал его своими крючковатыми пальцами за руку, метнул во внука фирменным колким взглядом. Ага, держи попуск, щеняра. Дедок сразу обозначил, кто тут действительно старшина, а кто временно исполняющий обязанности. Вытеснил тощими плечами старшего краснощекого здоровяка, оказался впереди всего семейства. К воротам подтянулось еще несколько мужиков, стоя у всех за спинами, они поднимались на носках, разглядывали нас и вправду как гастролирующих звезд.
- Послушай, отец, - я начал снова и затихли не только мужики и звенящие на их фоне бабы, по мистическому совпадению даже собаки прекратили лай. - Прежде, чем тут что-нибудь произойдет, я хочу прояснить для тебя и твоего окружения некоторые очень важные моменты. То, что у вас есть, нам нужно позарез. - "Ага, позарезище, - вторит мое саркастическое эго. - Еще коль бы знать, о чем речь, еще было бы нужнее". - Поверь, если бы можно было избежать этой балайды с тобой и твоими родственниками, мы бы здесь не стояли. Но эта вещь нам нужна настолько, что мы готовы на крайний риск. Мы знали, на что шли задолго до того, как спуститься с холма. И были готовы к любой развязке. Но прежде, чем мы тут с вами начнем выяснялово, подумай о наших с тобой преимуществах. У нас автоматы и гранаты, - откуда гранаты? - тут же спрашивает эго, - у вас ружья. У нас бойцы из горячих точек, - киваю на Трофимова, - у тебя фермеры. То, что нас семерых объединяет, едва можно назвать общим бизнесом, за твоей же спиной - родня. Если из нас семерых умрут шестеро, тот, кто останется, уйдет отсюда с легкой душой. Если же погибнут твои дети, кто позаботится о женщинах? Неужто сам возьмешь в руки ствол? Этого всего можно избежать одним простым способом: дать нам войти. Просто позвольте нам войти в бункер, за что мы вам можем заплатить патронами. Я считаю, это справедливо. Подумай.
Старик, все это время слушавший меня очень внимательно и даже не моргая, подумал совсем недолго.
