Маленькая коммуна, закрытая со всех сторон непроходимой чернотой, населенная людьми современными, но с домами двенадцатого века. Социальный эксперимент хозяев стикса, где умения компенсируют недостаток технического развития. Главный герой — взрослый человек, уже проживший долгую жизнь, счастлив тем, что у него здесь просто спина не болит, а если нужно пройти через весь стикс и вернуться обратно, имея в руках только палаш двенадцатого века и дурацкое имя, то это не повод иметь плохое настроение.Ах, да! Вы часто говорите с оружием, варите сосиски на горелке из шестидесятипятиградусного виски и ругаете свою детвору за то, что они опять скальпов нарезали? Нет? Странно.
В небольшой комнате с тусклым светильником сидел мужчина неопределённого возраста, как и все здесь в стиксе. Он очень натужно выводил аккуратные, как ему казалось, буквы в большой толстой книге: «Летопись первая. Сиё есть правда, ибо происходившее записано из личного опыта и памяти, дабы зело следующим было о чём узнать и не потерялись эти события в летах». Открыв дверь, в комнату без окон зашёл человек с длинной бородой, лысый, вернее подстриженный под ноль, в рясе поверх кольчуги. В руках он держал здоровенную булаву. Вошедший посмотрел через плечо в текст:
— Добрая Милая Крёстная, кончай выпендриваться. Выпендриваться — это не есть сиё богоугодное дело, пошли лучше пожрём, а то ты всё со своей книгой. Нам уже выдвигаться скоро, зачехляй перо, времени зело мало, — и ткнул по-дружески в бок пудовым кулачищем с набитыми костяшками.
Это был элитник, такой отличный, здоровый элитник. Не так чтобы самый большой, но и не маленький. Заражённые сюда постоянно приходят, чтобы в интересную игру поиграть — «получи в пасть ядро». Да, не совсем обязательно получить, и не совсем обязательно в пасть. Можно неплохо подкормиться, собственно, чем они и занимаются.
— Кошки! — проорал я.
Требушеты глухо стукнули. Кошки полетели к заражённым через узкую полоску непроходимой черноты. Истошный визг, шик, мяв. Как они могут издавать такие звуки, эти кошки? Я, вообще-то, сам кошатник, не очень люблю собак, больше люблю кошек, но собаки уже закончились. Вначале, конечно, были травоядные, потом собаки и только потом кошки.
Касаясь границы черноты, визг стихал. Тонкая полоска чёрной зоны была тонка и смертоносна. Там погибало всё живое за доли секунды, хоть человек, хоть кошка, хоть огромный отожравшийся элитник. Беспорядочно кувыркаясь в полете, уже дохлая дичь падала за узкой, метров в сто, полоской черноты.
Сейчас там земли и не было видно. Заражённые набились так плотно, что стояли, упираясь плечами. Тела животных не успевали долетать до земли. Как в лучших фильмах про цирковых крокодилов, клацали пасти, и мелкие тушки исчезали в брюхах тварей. Самое время. Упираясь плечом в тяжеленный ствол древнего ядерного орудия, немного довожу прицел. Орудие стреляет не разогнанными изотопами, а такими шарами из бронзы. Есть и из камня, но я использую самую последнюю разработку из чугуна. Лапка улыбающегося енота коснулась морды элитника. Это уже мой прицел — смартфон, примотанный к пушке тряпками. Тут у нас много странных поделок, и древнее орудие двенадцатого века с примотанным к нему смартфоном — не самая экзотика.
— Огонь! — заорал я.
Ба-а-ам!!! Ядро понеслось. Пудовое, так и написано — «Пудъ». Реакция, конечно, у твари отличная. Всего какая-то сотня метров, но лёгкое движение головы — и ядро пронеслось мимо. Подкатываем тяжеленное орудие на исходную, ещё один прицел.
— Ядро!!! — и, повинуясь моей команде, в ствол запихивают ещё один чугунный шар.
Ба-а-ам! Хитрая тварь! Двигается на пределе видимости глаза. Очень быстрая.
Чем я тут занимаюсь?
Это у нас такая совместная охота. Подкармливаем заражённых на узкой полоске земли, зажатой между чернотой. Они сюда приходят раздобыть деликатесов, мы — потренироваться в попадании в них из пушки.
Ба-а-ам! Ещё одно ядро пронеслось. Ну конечно, из заражённых никто и не собирался уходить, но и никто не дожидался, чтобы в него попадали. Мимо. Надо что-то попроще. Ага. Вот! Вот этот немножко поспокойнее или поглупее. Или? Или не знаю, что у них там в голове. Лапка енота на прицеле смартфона опять коснулась морды элитника. Отставить морды! Не надо морды, надо тело. Он зажат между двумя огромными рубберами. Вот же отожрались где-то. А где? Тут и отожрались.
— Огонь! — ору я и подношу фитиль.
Кричу для того, чтобы все руки убрали. Древнее орудие при выстреле отскакивает, как бешеный заяц, и, если кто окажется рядом, то переломы гарантированы.
Ба-а-ам! Всё! Готов! Попал! Пудовое ядро не смогло пробить шкуру, но прекрасно перемололо кости и внутренности. Всё-таки пуд чугуна — это что-то для здоровья не очень полезное. Конечно, ещё живой, они очень живучие твари, но ничего, задёргался и тут же попал под раздачу. Свои начали рвать, и теперь надо всех распугать.
Два требушета стукнули почти одновременно. Какая-то мелкая живность, кошки, собаки, барсучки-бурундучки, всё, что мы смогли наловить, лишь бы живое и много, разлетелось вправо и влево от места, где несколько тварей драли раненого элитника.
Наша живность к порядку уже приучена. Теперь они знают, что будет. После того как их прикормили, справа и слева, в месте, где лежит раненая тварь, начнется ад. Не дожидаясь залпа, твари побежали в стороны, бросив разодранный труп бедолаги.
