Однако пару раз все-таки пришлось потревожить коллег из северного сектора и прямо на ходу организовать совместную зачистку. Это было, с одной стороны, легко, потому что благодаря меткам мастер Зерр легко сориентировал карателей и помог им найти подходящее место для работы; к тому же режим захвата в браслетах работал без сбоев, и найденные поисковым заклинанием твари уже не могли никуда сбежать. А с другой стороны, работать вслепую было довольно опасно, потому что магия тагоров действовала и на живых. В том числе и на нас самих. Именно поэтому каратели действовали преимущественно в одиночку, а если возникала необходимость создать команду, то двигались только в строю, плечом к плечу, избегая ситуаций, когда лучи могли зацепить кого-то из коллег. И поэтому же при совместной работе Орден всегда назначал координатора — именно на его плечи ложилась организация рейда. И он же отвечал, если его просчет привел к увечью или чьей-то гибели.
Опыт Шала и в этом плане оказался бесценен, поэтому на охоте никто, кроме некко, не пострадал. Тем не менее «решетки» на обоих концах лаза я все равно велел поставить, а на обратном пути еще раз прочесал эту зону поисковыми заклинаниями, потому что там могли остаться пустые прежде ходы, которые мы не заметили.
Что меня порадовало, это то, что в собственно канализационную систему нам лезть не пришлось. Еще на этапе подготовки я выяснил, что в Старом городе, который, по сути, являлся новейшей частью столицы, отстроенной буквально с нуля, все канализационные стоки были закрытыми, поэтому сточные воды не текли у нас под ногами, а весело булькали в специально созданных трубах, которые проходили внутри толстых каменных стен. Собственно, тоннели, по которым мы шли, были необходимы для обслуживания этих труб. И пока они были исправны… а гильдия внимательно за этим следила… жидкое дерьмо не бултыхалось у нас под ногами, а под стенами не шли вонючие желобки, по которым текли такие же вонючие реки.
В более бедной части города истинно канализационной системы, как я уже говорил, не имелось. Была только ливневка и узкие дренажные тоннели, в которые день за днем попадало все то, что могла принести с собой дождевая вода. Нередко в канализационные решетки мочились не умеющие терпеть дети, гадили не обремененные стыдом прохожие, перепившие пива посетители трактиров и прочие личности, которым было не в лом опорожниться на улице. Поэтому запашок в тоннелях стоял соответствующий, и я в свое время вдосталь им надышался.
Здесь же коридоры были относительно чистыми, сухими, и в них ничем дурным не пахло. В канализационных трубах работали специальные артефакты, уничтожающие органические остатки. Там же стояли решетки, задерживающие остатки неорганические. Примерно раз в год их вынимали и чистили вручную. А в случае чего зодчие могли отключить часть труб и перенаправить сточные воды в другие каналы, вплоть до того, что обезводить целый сектор и спокойно произвести починку оборудования.
Когда мы еще только обсуждали детали этого рейда и мастер Зерр делился с нами секретами своей работы, я искренне поразился тому, насколько внимательно гоарцы отнеслись к столь деликатной проблеме. Во избежание крупных аварий и затоплений они создали целую систему заслонок, позволяющих регулировать вонючие потоки даже в самых отдаленных тоннелях. По сути, они контролировали каждую трубу, каждый крохотный отстойник, которых тут тоже имелось немало, особенно ближе к реке.
— Почему же вы и там не создали такую же систему труб, как в Старом городе? — при случае поинтересовался я.
Мастер Рез на это лишь усмехнулся.
— Осушать и перестраивать древние тоннели было слишком долго и дорого, поэтому во избежание подтоплений король велел обойтись дамбами. И частично это себя оправдывает: обычно, если сезон дождей не затягивается, мы успеваем отвести лишнюю воду ниже по течению. Однако иногда дренажные тоннели не справляются, а дамбы уже не спасают, из-за чего в домах бедняков может стоять вода по колено. Но, судя по тому, что заказов на перестройку старой системы к нам по-прежнему не поступает, то обитателей верхнего города эта проблема не слишком волнует.
Ну еще бы. Богачи ведь не живут возле порта. И это рядом не с их домами из дренажных тоннелей время от времени поднимается, а затем перехлестывает через порог речная вода пополам с дерьмом. В том году, к примеру, так и было. И я тоже бродил по гигантскими лужам, радуясь тому, что трактир дядьки Гоша стоял достаточно высоко, чтобы мне не приходилось добираться до кровати или до сортира вплавь.
А кому-то не так повезло. Да и в порту народ работал в антисанитарных условиях. Не говоря уж о том, что в прибрежных поселках в сезон дождей можно было рыбу ловить. Прямо с крыш, потому что вода в Шарре поднималась порой до неприемлемо высокого уровня.
— Ну что, все? — ровно поинтересовался Жош, когда тоннель закончился, и наша группа уперлась в каменную преграду.
