Мой оргазм настигает меня, когда я представляю под собой ее сладкое тело. Мне необходимо сделать выбор. Я наконец, нашел способ спасти свой разум от вещей, которые медленно убивают любое желание. В этот момент мне хотелось жить полной жизнью. Конечно, неправильно использовать ее таким образом, но меня не волнует это. Должен ли я слушать голос глубоко внутри меня, умоляющим ее трахнуть? Или мне стоит вернуться к прежнему существованию?
Глава 7
Марли
Интоксикация (существительное) – состояние опьянения, особенно алкогольного.
Учеба. Так много учёбы. А я хочу изучать лишь одно: как его рука контактирует с моей задницей. Или то, как он произносит мое имя, так низко и сексуально. Может быть я скрытая сабмиссив, которая кайфует от власти которую он имеет надо мной? Что же мне делать? Я испытываю вожделение к своему преподавателю. Когда на самом деле, у меня нет времени на это. Первый год медшколы был интенсивным, если не сказать больше. Я начинаю задумываться, создана ли я для этого. Я смотрю на бутылку текилы на полке. Текила делает мир лучше.
Нет. Никакой выпивки. Я постукиваю пальцем по губам, раздумывая. Хотя, завтра суббота, и что будет от одной стопки?
Я уверена, что вы думаете, что я какая-нибудь пьяница, которая не может справиться с тягой к выпивке. Но я чертовски усердно работаю изо дня в день, и время от времени заслуживаю перерыв.
Когда я только начала обучение, то никуда не выходила, изолировав себя в четырех стенах. Я до сих пор, все еще в изоляции, у меня нет друзей. Все, что я делаю: работаю и учусь. Так что, одна или две стопки в пятницу вечером не должны быть поводом для беспокойства.
Я – взрослая, черт возьми. И будучи взрослой, я могу делать то, что хочу, без каких-либо осуждений. Кроме того, сегодня день Святого Патрика (Прим. пер.: ирландский праздник, отмечается 17 марта), почему бы мне не выпить, чтобы воспеть своих предков? Доброго утра вам завтра, мисс Мерфи.
Решено. Я хватаю бутылку и рюмку, наполняю ее и выпиваю залпом. Еще одна не повредит, решаю я. Жжение вызывает у меня слезы, но все хорошо. Следующая стопка идет легче, и я хлопаю рюмкой по столешнице, прежде чем врубить музыку и начать танцевать по квартире. Как грустно, что моя пятничная ночь танцев и выпивки проходит в одиночестве. Начинается песня Келли Кларксон, и это заставляет меня думать о Техасе. Что, в свою очередь, заставляет меня думать о Хьюстоне.
Я должна ему позвонить.
Он явно меня хотел.
Я хватаю телефон, набираю его номер, который я знаю, благодаря тому, что я его ассистент. Гудок, и мое сердце пропускает удар. Снова гудок, и я хихикаю.
– Марли? – отвечает он голосом, который является смесью сексуальной сонливости и хрипоты.
У меня мгновенно пересохло горло.
– Профессор Дейл. Приве-е-ет, – блин, мне стоило лучше продумать слова.
– Марли, ты пьяна?
– Пьяный скунс (Прим. пер.: игра слов, созвучно «Drunk, skun»), – я хихикаю. О да ладно, это было забавно.
– Я сейчас повешу трубку, – говорит он сексуально и мужественно.
Я прохожу по коридору.
– Нет, не уходи.
– Марли, мне утром рано вставать.
Дверь в мою ванную появляется из ниоткуда, и я в нее врезаюсь.
– Ой, черт! – но на этом не заканчивается: я врезаюсь в соседнюю стену, спотыкаюсь об угол половой дорожки и падаю. Жестко.
– Марли? Ты в порядке?
Телефон выпадает из моей руки и катится по полу, в то время как моя лодыжка пульсирует от боли. Я хватаю телефон и прижимаю к уху.
– Хьюстон, у нас проблема (Прим. пер. – фраза Джеймса Лоуэлла, командира космического корабля «Апполон-13»).
Он вздыхает мне в ухо, и наверное закатывает глаза.
– Никогда не слышал этого раньше.
– Кажется, я вывихнула свою лодыжку. Но я в порядке.
– Я ненадолго зайду. Можешь дойти до двери, чтобы впустить меня?
Мои глаза широко раскрываются. Уже поздно. Я пьяна. Он коснется моей ноги. О, Боже.
– Да, да, я в порядке, правда. Откуда ты знаешь, где я живу?
– Я – твой профессор. Я знаю все.
– Нет, правда, я в порядке. Уверяю тебя.
Но он больше не отвечает.
Прыгать к двери – не маленький подвиг. Он быстро сюда добрался. Я открываю дверь, стоя на здоровой ноге, и широко улыбаюсь.
– Счастливого дня Святого Патрика, – говорю я ему.
– О, черт, – он стоит у моей двери, и я осматриваю его голубую рубашку и тренировочные брюки. На нем нет ничего зеленого.
Чтобы устоять на месте на одной ноге, моя рука устремляется к его руке, и я сжимаю его выпуклые мышцы. Он опускает взгляд на мои пальцы, все еще сжатые вокруг его запястья
– Ты не возражаешь? – его сильные руки обнимают меня поднимая на руки, это слегка меня отрезвляет.
Он так хорошо пахнет. Сном, мужчиной, и ноткой мяты. Его волосы взъерошены, а щетина на подбородке щекочет мой лоб.
Он подносит меня к моей мягкой синей кушетке и усаживает на нее.
– Позволь мне посмотреть.
Его искусные пальцы прижимаются к моей чувствительной лодыжке, и хотя мне нравится ощущение его рук на мне, сейчас они причиняет боль. Он находится в режиме «серьезный доктор», и я стараюсь не хихикать над его концентрацией.
