— Сколько еще должно погибнуть невинных из-за твоей глупости?! Ты погубила двоих! Тех, кого я любила, тех, кто был мне дороже всех! На кой черт тебя понесло неизвестно куда?! Ты посмотри, что стало с нами! Что стало с твоим любимым Тором, — я ткнула пальцем в сторону громовержца, который никак не мог отойти от шока. — На нем живого места нет! И это у вас на Земле называется любовью?! Так вы ее выражаете?! — я приблизилась к мидгардке вплотную и ткнула пальцев ей в грудь. — Я ненавижу тебя, Джейн Фостер!
Девушка стояла в полом оцепенении, явно не зная, как реагировать. В ее глазах застыли слезы, но меня не трогало это. Я потеряла куда больше. И мне куда больнее. Я никогда не жалела себя, но сейчас мне было это жизненно необходимо. Высказаться, вылить всю боль.
И тут череп пронзила очередная вспышка боли. Я схватилась за виски, громко вскрикнув. Тор в одну секунду оказался рядом со мной. Его крепкие руку ухватили меня за запястья, поворачивая к себе.
— Эвелин… Эви… — его голос доносился до меня обрывками. Из-за крови, шумевшей в голове и стучавшей в висках, я практически его не видела. — Эй, ты слышишь? Держись!..
Я чувствовала, как оседаю в его руках. Пелена перед глазами скачет, слезы льются с новой силой. Ощущаю, как снова касаюсь спиной уже знакомой твердой земли, а Тор, сорвав остатки плаща, склонился над моими ногами. Немного приподняв низ моего платья, он нахмурился. Мой взгляд уцепился за то, что он увидел. Огромные синяки и кровоточащие раны. Что ж, бывает…
— Эви, — голос бога грома заставил моргнуть, чтобы слезы наконец упали по щекам. — Будет больно.
— Я буду кричать.
— Будет очень больно.
— Я буду кричать громко.
Я закусила губу, потому что то, что делал Тор с моими ногами, уверило меня в том, что тело я все еще чувствую. И оно жутко болело — искалеченное, избитое, сломанное. Как и моя душа теперь, брошенная в самый низ, на самое дно мира. И когда вдруг что-то хрустнуло и заныло, я взывала от боли и поняла, что сейчас отключусь. Последнее, за что я смогла уцепиться и мыслями, и взглядом — это Локи.
========== Глава 7. Еще один шаг ==========
Злодеями не рождаются. Ими становятся. Я так хотела, чтобы Он поддался своей светлой стороне. Той, которую я видела в нем. Только я. Даже Он, верно, позабыл о ней…
Люди считают, что мир делится на хороших и плохих, а Он… Он Бог, а боги не бывают хорошими или плохими. Это смертные придумали единицы измерения, чтобы было проще жить… Но единственное, в чем мы измеряемся — это во времени. Все. Так же рождаемся и умираем… Только плюс-минус пять тысяч лет…
Шум, раздающийся со всех сторон, гулко нарастал в голове. Стучали каблуки. Я шла по коридору, который будто не имел ни начала, ни конца. Длинный, светлый, угнетающий своей бесконечностью и однотонностью. Наконец, впереди что-то ярко блеснуло, и я на мгновение зажмурилась.
Правая рука произвольно потянулась вперед, и я кожей почувствовала холод стекла. Проведя пальцами взад-вперед, будто смахивая несуществующую пыль, я вперилась взглядом в свое отражение. Белое, кружевное платье с красивыми вставками в виде зеленых листьев, распущенные волосы. Глаза… почему-то именно они приковали мое внимание. Налитые неестественной голубизной, с лихорадочным блеском. Следя за своей мимикой, я заметила, как черты лица медленно стали меняться, а на сухих губах в отражении расплывались усталая бледная улыбка
— Рад тебя видеть, — произнесло отражение, и я невольно отшатнулась, отдернув руку. В итоге я увидела знакомые до боли, вызывающие слезы черты.
— Локи, — просипела я, невольно касаясь его острых скул, которые от бледноты, окутавшей его лицо, стали еще более выразительными. Я охнула, когда мои пальцы прошли сквозь зеркало, и я почувствовала, как касаюсь прохладной кожи на его щеке.
На губах трикстера застыла холодная, острая ухмылка.
— Почему ты молчишь? — покачала я головой, осторожно, словно боясь сделать что-то не так, проведя указательным пальцем вниз, к подбородку. — Я скучаю по тебе, слышишь? И это, как не странно, очень больно.
Я опомниться не успела, как он уже крепко держал мое запястье в своей ледяной ладони. Взгляд упал на его торс и замер на запекшемся кровавом пятне на камзоле.
— Ты… — я захлебнулась воздухом, чувствуя, что снова готова дать волю слезам. Хотела что-то сказать, а все мысли вылетели из головы. Кажется, мне стоило лишь взглянуть на него, чтобы понять, как мне его не хватает. Я смотрела на его лицо — ледяное, белоснежное, с замершей на губах хитрой, знакомой ухмылкой, и не могла оторваться. Словно любовалась его несовершенством. — Я… я тоже умерла, так ведь? Его глаза блеснули и засветились еще ярче.
— Нет.
— Тогда где мы? — я сумела оторвать взор от него и оглядеться.
— У тебя в голове.
Я горько усмехнулась.
— Как-то я по другому представляла сие место. И интерьер какой-то скудный…
— Какой есть, Эви, — фыркнул Локи. — и потом, это твоя голова, так что за дизайнерскими советами ни ко мне.
— Это что-то наподобие внеурочного свидания старых друзей перед переходом в Вальхаллу?
