Эктар выгнул бровь. Карранс упрямо склонил голову.
-Солдаты будут сражаться лучше, зная, что им есть, кого защищать. Давайте посмотрим, чем обернётся штурм. Вдруг случится чудо, и дивайн Беррун подоспеет на помощь? Если же дела будут совсем плохи, я поведу горожан через тоннель, как вы и хотели.
Воин испустил тяжкий вздох.
-Молюсь, чтобы вашими устами говорили Боги.
Снизу донёсся низкий трубный звук. Мгновение спустя ему вторила тяжёлая и размеренная барабанная дробь.
Началось.
-Идёмте, джустикарий. Моисей начал штурм.
Эктар взбежал по ступенькам на наблюдательную площадку, самую высокую в городе, и упёрся металлическими руками в парапет. На нём были надеты отливавшие салатовым пластинчатые доспехи. На поясе справа висели ножны с мечом, слева - деревянный жезл длиной с руку, с прозрачным кристаллом на верхушке. За плечами в устрашающе массивных наплечниках величественно развевался длинный зелёный плащ. Карранс стал рядом, наблюдая за огненной массой людей, которая рассредоточивалась внизу, в тысяче футов от крепостной стены. Лицо юноши выделялось в полумраке ночи бледным пятном.
По степи вдоль стены прокатилась невидимая волна магии, сделав её цвет чёрным. Травяной слой порвался на лоскуты, раздался в стороны и обнажил растущие горы из спрессованной земли, которые стремительно принимали форму стен, брустверов и навесов. Алсалонские стрелки, вооружённые дальнобойными луками, засели в вырытых окопах и под навесами. Над траншеями появились наведённые рефрамантией каменные мостки, по ним побежала лёгкая пехота, вооружённая скимитарами и небольшими круглыми щитами.
Защитники и атакующие сделали залп из луков. В воздухе медленно встретились две тёмные волны стрел. Разминувшись, они устремились вниз колючим ливнем. Лучники обеих сторон укрылись за стенами и под навесами. Лёгкая пехота Алсалона начала гибнуть, однако даже не подумала повернуть назад. Солдаты бежали, спотыкались, падали, снова поднимались и продолжали бег. Десятки оставались лежать, пригвождённые к земле хлёстким дождём из стрел. Никто не повернул назад. Это был неотвратимый штормовой вал из обезумевших людей.
Карранс прикрыл глаза ладонью.
-Сейчас самое время ударить, - произнёс Эктар, напряжённо вглядываясь в ряды врага. Несмотря на тёмное время суток, огонь тысяч факелов в руках алсалонских солдат озарял поле битвы едва хуже солнца. Стены крепости и тонкие башни вплоть до среднего уровня нарядились в багрянец. Лишь острые шпили загадочно светились голубым звёздным светом.
На мгновение воин почувствовал, как по коже пробежал холодок, взъерошив на ней волосы. Это ощущение возникало каждый раз, когда кто-нибудь применял рефрамантию.
Внизу раздался оглушительный грохот. Невидимая сила врезалась в серую крепостную стену, и та прогнулась внутрь, расколовшись на части. Каменные глыбы обрушились на землю, давя солдат и взмётывая фонтаны пыли. Алсалонцы хлынули к образованной бреши подобно селевому потоку, хаотично и стремительно.
Тяжёлая пехота защитников крепости шагнула навстречу, выставив ряд щитов и ощетинившись короткими мечами и копьями. Впереди Эктар разглядел фигуру Рензама, который руководил заградительным отрядом. Сын был закован в отливавшие сизым цветом латы. В одной руке он держал высокий металлический щит с заостренным низом и круглой выемкой на верхнем ребре, в другой - магический жезл-рефрактор, подобный тому, что висел на поясе Эктара.
Две волны пехоты столкнулись, щиты с треском ударились в щиты, солдаты в первых рядах едва могли пошевелиться - настолько тесно они оказались прижаты друг к другу. Сзади всё сильнее напирали новые воины. Клинки защитников проникали под круглые щиты, кололи одетых в стёганки и кольчуги алсалонцев, и те падали на землю подобно скошенным стеблям пшеницы. А над хаосом битвы не переставая хлестал тёмный ливень стрел.
В гуще сражения Рензам вбил тяжёлый щит в землю и положил жезл на круглую выемку. Кристалл на конце древка заполыхал багровым огнём. Среди криков солдат, свиста стрел и лязга стали раздался громкий хлопок, словно кто-то лопнул пузырь с воздухом. Из жезла ударила широкая огненная струя, которая с рёвом лесного пожара окатила десятки алсалонцев. Воцарилась паника, горящие люди огненными точками заметались по полю, натыкаясь на товарищей и щиты защитников бреши, и опадая на землю обугленными уродцами. Кое-где стихия начала пожирать траву. Ветер рваными клубами уносил дым на запад.
В стане врага тревожно взвыли трубы. Алсалонцы начали отступать - беспорядочно, сбиваясь в толпы и позволяя огненной магии Рензама забирать больше жизней. Они оставили среди бурой травы множество трупов, на глаз - сотни, а защитники крепости потеряли едва ли пару десятков.
