Тот напыщенный высокомерный парень явно был рефрамантом, несмотря на довольно скромную коричневую тунику, потёртый плащ и грязные штаны. К сожалению, некоторые пятна могли отмыться тем количеством пива, что она на него вылила. Рискованная затея, после которой ей пришлось выслушать гневные проповеди Сутрака, к которым она привыкла за дни, проведённые под его началом. Тем не менее, притёрлись они довольно быстро. Агент в отставке уже брал её с собой на несколько вылазок вместе с Околотом и другими парнями, и даже заплатил за это. В команде она выступала в роли пугала, по понятной причине — вид включённого рефрактора отпугивал любого прохожего или разбойника.
— Лисица!
— Я слушаю, — очнулась девушка. В комнате была только она и Сутрак. Все остальные уже разошлись.
— Пришло время. Сегодня вечером ты явишься к посреднику. Когда ты справишься с заданием, он поможет нам обоим пробраться в особняк Кабреге.
— А кто наниматель?
— Я точно не знаю. Даже посредник не знает, откуда он, но этот человек заплатил хорошие деньги за работу и молчание. От тебя потребуется то, в чём ты особенно хороша. Ты должна отвлекать и отпугивать посторонних. Поняла?
— Но что, если посредник нас обманет?
— Не обманет. Мои люди есть и в его окружении. Если что, они пощекочут кинжалами ему затылок.
— А почему бы тогда сразу не выбить из него информацию?
— Потому что браться за оружие стоит лишь после того, как не помогли слова.
Сутрак неожиданно подошёл к девушке и обнял её за плечи.
— Удачи, девочка. Будь осторожна и не ведись на провокации. Хотя, что я тебе объясняю — ты была хороша в этих вылазках. Ты справишься. К тому же, с тобой пойдёт Околот, в качестве помощника.
Лисица улыбнулась, хотя на душе у неё было тревожно. Наконец, мужчина отпустил её.
— А теперь иди домывай пол — после тебя возле столика осталась большая лужа. Уж не знаю, зачем ты сорвалась на того посетителя.
— Не бери в голову, Сутти. Это мои старые замашки.
Лисица встала, повязала фартук и отправилась на кухню. По крайней мере, другие посетители не заслужили того, чтобы поскальзываться на мокром полу.
Гирем расстался с Сатосом у входа в таверну, сказав, что запомнил путь к «Забрасинскому приюту». Едва клирик исчез из виду, из-за тележки, груженой овощами, появился Джаркат в своих чёрных накидках. Юноша едва не подпрыгнул от неожиданности.
— Как ты здесь оказался?
— Всегда ожидай обмана, Гири, — наставительно поднял палец историк. — Я ни на секунду не поверил этому парню и потому время от времени поглядывал за вами в окно. А почему ты весь мокрый?
— Наверное, этот момент ты не застал. Меня облила какая-то девчонка.
Джаркат хмыкнул.
— И ты ничего не сделал?
— Нет, только… заплатил за еду и дал пять серебряных. Не хотелось, чтобы хозяин её поколотил.
— Не слышал, чтобы в изритских заведения такое практиковали. Тебя случаем не одурачили?
Гирем покраснел. Историк посмотрел по сторонам и, схватив юношу за рукав, оттащил в сторону — по дороге проехала цепь из телег.
— Пока ты вкушал забрасинские яства, я узнал кое-что интересное. Об этом сейчас говорят на каждом углу. Вчера неизвестные люди ограбили место добычи сциллитума. Прорвались через стены забрасинского Барьера, разобрались со стражниками и утащили с собой лучшие экземпляры.
— Как им это удалось? Барьеры ведь самые охраняемые места в Изре.
— В этом вся соль, что никто не знает, как. Говорят, Камелия Ревасс от ярости искрит так ярко, что может поджечь весь Забрасин. Представляю, что она чувствует, будучи комендантом Барьера.
Гирем вздохнул, представляя то, о чём лишь читал в книгах — бескрайние лесные чащи, сияющие нежным сиреневым светом.
— Джаркат, ты когда-нибудь бывал в сциллитумной роще?
— Конечно. Прекрасное зрелище. Может быть, дивайн Рензам соизволит проведать место кражи?
— Вряд ли. Обычно ему нет особого дела до чужих проблем.
Они подошли к «Забрасинскому приюту» и увидели Рензама, беседовавшего с солдатом в массивных доспехах. За его плечами слабо колыхался синий плащ. Горнилодон.
— А вот и посланник Камелии Ревасс, — уронил Джаркат.
Солдат и отец разговаривали на повышенных тонах.
— …у нас нет времени на то, чтобы расследовать кражу.
— Дивайн Рензам, это займёт всего несколько часов, после чего мы вас отпустим. Прошу, войдите в наше положение. Они убили наших ребят и забрали крупнейшие самородки. Нам нужны все силы, чтобы отыскать этих ублюдков.
— Барьер охраняют Теург и сотни воинов. Пара дополнительных магов никакой погоды не сделают. Пусть сами разбираются. Это последнее слово.
Солдат сокрушённо вздохнул и пошёл к привязанной неподалёку лошади. Гирем стал напротив отца. В этот момент Рензам казался ему заключённым в темнице из долга и убеждений. Сосредоточенный лишь на своей цели, он, казалось, тянул из себя все жилы и отсекал себя от окружающего мира. Гирем, повинуясь неожиданному порыву, положил ему на плечо руку.
«Может быть, если вовлечь отца в акт помощи, то в нём проснётся хоть толика сострадания?»
