– Вот, смотри. – Брандт выложил на стол два перстня с изумрудами. – Этот, травянисто-зеленого цвета с явно выраженным голубоватым отливом из Перу он прозрачен, хорошо пропускает и отражает свет. А второй из Египта, он имеет более насыщенный зеленый цвет с менее заметным голубоватым оттенком, но он не так прозрачен и не обладает такой игрой света, как перуанский.
Штейнберг взял оба камня и, подойдя к окну, внимательно их рассмотрел.
– Вы правы, дядя Вилли, их легко различить. – Сказал он, возвращаясь на свое место.
– А теперь вернемся к твоему изумруду. – Брандт взял камень. – У него такой же насыщенный зеленый цвет, как у египетского и он также прозрачен, как перуанский, но самое главное, камень абсолютно лишен голубизны. Он как бы сочетает все достоинства известных ранее изумрудов и устраняет их недостатки. С точки зрения ювелира он идеален.
– Может быть все-таки Азия?
– Нет, месторождение в Индии слишком незначительно, в противном случае практичные англичане и голландцы уже давно завалили бы Европу изумрудами. Нет, мой мальчик, твой камень из какого-то нового, еще не известного месторождения и я хотел бы знать, как он к тебе попал.
Выслушав историю о том, как его ученик стал обладателем двух прекрасных изумрудов, старый ювелир спросил:
– Ты пришел к выводу, что на Урале есть изумруды, но у тебя возникли сомнения и ты захотел, что бы кто-то их развеял?
– От вас ничего не скроешь, дядя Вилли. В тайне я надеялся, что вы не сможете определить месторождение изумрудов. Так и произошло, но, увы, мои сомнения никуда не делись
– Я понимаю Генрих. Тебя смущает тот факт, что в России до сих пор не было обнаружено ни одного месторождения драгоценных камней, однако это ничего не значит. До недавнего времени считалось, что и золота в России тоже нет.
– Золото добывают во многих местах, а вот месторождения изумрудов большая редкость.
– Абсолютно верно, мой мальчик, поэтому они и стоят так дорого. Полностью развеять твои сомнения я вряд ли смогу, но кое-что обнадеживающее скажу. Лет десять назад, один из моих знакомых купил по дешевке партию уральских самоцветов. Покупал он их на вес, поэтому и не особо рассчитывал найти что-то стоящее, однако несколько кристаллов аметиста оказались довольно приличного качества. Так вот, среди этого многообразия попались несколько образцов голубого окраса. Камни не особо качественные, да к тому же и бледноватые, но это определенно были бериллы. Аквамарин, или какая другая разновидность, не суть важно, главное, что они на Урале есть.
– Этого я не знал! – Воскликнул Штейнберг. – Oh main Got! (Бог мой)! То, что вы сказали сейчас, дядя Вилли, в корне меняет дело. Если есть бериллы, то могут быть и изумруды.
– Совершенно верно! Изумруд – это зеленая разновидность берилла, самая редкая и самая дорогая. Аквамарин – это голубая разновидность берилла, она значительно дешевле. Египетские и перуанские изумруды имеют голубой оттенок, и чисто теоретически представляют собой некий гибрид изумруда и аквамарина, в то время как твой чистого зеленого цвета. Именно поэтому я и сказал, что он идеален.
– И что теперь делать? – Задал вопрос Штейнберг, обращаясь, толи к самому себе, толи к своему собеседнику.
– Если ты спрашиваешь меня, Генрих, то я тебе скажу: забудь обо всем этом и живи дальше, как жил. Изумруд – это не только огромные деньги, но еще и реки крови. Пример у тебя перед глазами: обычное ограбление редко сопровождается убийством, но в твоем случае купца убили бы в любом случае, только за то, что он знал эту тайну. Теперь ее знаешь ты. Тебе неизвестно, где конкретно расположено месторождение, но это лишь вопрос времени, поэтому ты представляешь потенциальную угрозу для хозяев рудника.
– Вы серьезно считаете, что мне может грозить какая-то опасность?
– Думаю, пока тебе ничего не угрожает. Судя по всему это уральские разборки, и к Москве они не имеют никакого отношения.
– Но ведь купец привез изумруды в Москву и предложил мне их купить, возможно, что это была первая партия?
– Это была глупость. Твой купец – дилетант, он никогда не имел дело с драгоценными камнями. Я допускаю, что он мог найти в тайге зеленые камешки, но в этом случае он отправился бы с ними к перекупщику, коих в Екатеринбурге пруд пруди.
– Но он приехал в Москву?
