— Делегация из Края посмела совершить покушение на нашего императора Ульфа Аури! — зычный голос глашатая был подпорчен хрипотцой, возникшей из-за того, что он уже не первый час твердил одно и то же, прерываясь лишь на редкий глоток воды. — Мы не оставим эту выходку безнаказанной! Все желающие отомстить подлым западникам и оставить вечный след в истории обязаны сегодня же записаться в армию барона Иллана. Уже завтра армия выступит на север! В столице мы встанем под императорские знамёна и отправимся по морю на запад! Одним ударом мы сокрушим поганый Край! Даже драконы на нашей стороне!
— Драконы? — переспросил кто-то из толпы.
— Драконы! Древние чудища вышли из спячки, чтобы уничтожить предательскую западную змею!
При упоминании драконов страх волной мурашек прошёлся по всем кроме Летара и Нэйприс.
— Откуда у нас драконы? — бросил убийца, не рассчитывая на ответ всерьёз.
Стоявший на помосте глашатай снисходительно посмотрел на Летара сверху вниз, пускай разница в росте и шла на миллиметры:
— Они восстали по зову исторической справедливости.
— Вот как, — убийца закатил глаза. Для него справедливость не была пустым звуком, и подобные фразы его раздражали.
Летар потерял интерес к дальнейшей дискуссии. Он отвёл Нэйприс в сторону и протянул ей поводья лошади. Девушка выглядела крепко задумавшейся, даже ушедшей в себя, так что не заметила жеста своего спутника. Странное дело, ведь ей не о чем беспокоиться.
— Заказ зовёт меня, — сказал Летар. — Я запишусь в армию этого барона и подберусь к Дерасу вплотную. Так что наши с тобой пути разойдутся раньше Фьерилана.
Нэйприс вышла из транса и прояснившимся взглядом посмотрела на убийцу.
— Я кое-что утаила, — заявила она поперёк слов Летара.
— Что именно? — что-то в голосе Летара дало понять, что он уже давно ждал этого откровения.
Нэйприс не выдержала давления и отвела взгляд куда-то в сторону. Сухие губы с запозданием пришли в движение, извергая яд, терзавший душу девушки на протяжении всей последней недели.
— Меня не пытались изнасиловать. Я попала в повозку за то, что изуродовала человека, который пытался украсть чертежи моего деда. Он собирался отобрать у меня и дом, и последнее, что оставалось от старика. С первым я ещё могла смириться, я уже подыскивала себе работу в обмен на проживание в мастерских… Но со вторым — ни за что. Когда он пришёл за чертежами, я схватила склянку с серным маслом и плеснула не глядя. Теперь у него ни чертежей, ни лица, ни зрения. А я бездомная бродяга.
— Присоединяйся ко мне, — пожал плечами Летар, не потратив на раздумья и секунды. — Ты инженерка каких поискать и не обременяешь меня в дороге. Я никогда не работал с кем-то бок о бок, но ты не бросила меня в Вионе, что попросту невероятно, если задуматься. А поверх всего этого твой дед, считай, завещал тебе помочь с моим заказом.
— Ты шутишь! — в голосе Нэйприс прорезалась злоба, словно она восприняла слова убийцы за издёвку. — Так просто?! Просто пожмёшь плечами будто и не слушал меня? Да с чего мне присоединяться к тебе? Я призналась тебе во грехах! Скажи что-нибудь по делу!
Летар выслушал этот всплеск с непроницаемым лицом.
— Я не вижу, как изменилась ситуация. Что насильник, что вор, всё одно — враг. Мне тебя пожурить за то, что ты расправилась с врагом? Ты точно понимаешь, кто я? Тебе напомнить?
— Он был
— Я это и так понял.
— Что? — Нэйприс оторопела.
— И за кого ты меня принимаешь? — вздохнул Летар. — Ситуация обыденная. Накрутка долга, смерть должника, немедленное взимание всего, что плохо лежит. В том числе и продажа женщины в сексуальное рабство в качестве отработки долга. Я слышал эту историю десятки раз. В тавернах, на площадях, из криков глашатаев и шёпота в ночи. Твой случай исключителен. Тебе хватило духа закончить эту историю на своих условиях прежде, чем они успели отобрать твоё достоинство. Даже если тогда ты видела картину иначе, да и до сих пор не до конца осознала, чего именно ты избежала, то я тебя уверяю, решение было правильным.
— Но что если бы я отдала чертежи, и он отвязался от меня? Может быть, я зря его обезобразила? Может быть, стоило стиснуть зубы и… — она не смогла договорить. Мысль о том, чтобы добровольно отдать чертежи претила ей настолько, что она не раздумывая уничтожила их в прошлом и поступила бы сейчас так же. Ей пришлось облечь мысль в другие слова: — Стоило выплатить долг.
— Я правильно понимаю, что этот человек достаточно влиятелен, чтобы давать в долг круглые суммы денег, но при этом он лично пришёл за чертежами вместо того чтобы прислать шавку?
— Он пришёл со своим громилой, который попытался прикончить меня, но я убежала. И в итоге меня поймала стража.
Летар подавил желание уточнить, пересёкся он с Нэйприс во фьериланской мастерской до или после того, как девушка угостила своего знакомого склянкой серного масла. Логика говорила, что до. Близкое знакомство с безрассудством девушки подсказывало, что варианты равновероятны, и она могла отправиться на поиски работы сразу после покушения на убийство.
