– Да, – ответила я, вскочив и быстро отойдя в сторону, чтобы не были слышны голоса.
– Ты мне нужна, прямо сейчас. Вручение премии в шестнадцать часов, будет много народу, и мы должны продемонстрировать все свои возможности.
– Постараюсь приехать как можно быстрее.
Я повесила трубку и отряхнула одежду. К счастью, мой наряд, если не считать джинсов, вполне подходил для работы. Я надела пиджак и взяла сумку. Оставалось поймать такси – и вперед.
– Что ты делаешь? – спросила Алиса.
– Бертран вызвал меня, он ждет.
– Только не сегодня! Не в воскресенье! – возмутилась она. – Он что, вообще не дает тебе передохнуть?!
Я напряглась и предостерегающе подняла руку.
– Пожалуйста! – прошипела я. – Обойдись без нотаций!
– Не сейчас!
– Ты не можешь ему объяснить, что у тебя встреча в кругу семьи? – предположил Седрик.
Ну, он полный кретин, ей-богу!
– Нет! – заорала я, сжимая кулаки.
– Сейчас я вам кое-что скажу, – прокомментировал Адриан, который тоже встал. – Она нас всех задолбала своей работой! Ничто и никто, даже общение с друзьями и родными, не мешают ей отвечать на звонки в воскресенье, или вечером, или среди ночи. Когда она уже перестанет доставать нас?
Последнюю фразу он просто выплюнул. Это была та самая капля, которая переполнила чашу.
– Так, всё, хватит! – рявкнула я, вытянув в их сторону указательный палец. – Прекратите осуждать мою жизнь, мой выбор! Мне очень жаль, что вы не любите свою работу, вы даже сами не знаете, чего себя лишаете. Ваше дело, но меня оставьте в покое!
Тут я вспомнила о Марке, на секунду прикрыла глаза и обернулась к нему. Он выглядел абсолютно потрясенным сценой, которая разворачивалась перед ним. Что за жалкое зрелище мы собой представляли?! В конце концов он поймет, что все уже не так, как раньше.
– Извини, меня ждут… – произнесла я тонким голоском. – Не хотела портить праздник, но у меня есть обязательства.
– М-м-м… не беспокойся… Я не в обиде, – ответил он, причем явно искренне.
Я отвернулась и встретилась взглядом с Адрианом. У него на лице было написано возмущение.
– Вот так вот! – обратилась я к нему. – Марк не ругает меня.
– Рано радуешься! Скоро он поймет, что ты уже не такая, как прежде, и перестанет тебе мило улыбаться!
Быстро, как молния, я проскочила разделяющие нас три шага и резко выпрямилась.
– Ты-то уж точно не изменился, ты и твой придурочный железобетонный юмор! Марк это тоже очень быстро оценит! Давай, доставь себе удовольствие! Поиздевайся надо мной, я же вижу, ты еле сдерживаешься!
– Не сомневайся, за мной не заржавеет! – тут же ответил он. – Ты и впрямь окончательно охренела, Яэль.
Моя рука взлетела вверх. Жанна едва успела вскочить между нами и помешать мне влепить ему пощечину.
– Ну-ка прекратите!
Ее неожиданное вмешательство заставило меня успокоиться, моя рука упала, стало так тихо, что было слышно, как пролетела муха. Я ощущала на себе неодобрительные взгляды всех пятерых, дети тоже настойчиво смотрели на меня. Я отступила на шаг назад.
– Побежала, хватит убивать время на ваши глупости.
Я развернулась и налетела на Алису, которая подошла, пытаясь остановить меня:
– Пожалуйста, не уходи вот так.
– Я устала, – возразила я, не отводя глаз. – Устала от ваших нападок.
Она моя сестра, я люблю ее больше всех на свете, несмотря ни на что, и для меня была мучительной сама мысль о возможной ссоре, поэтому я ее поцеловала. И побежала, проваливаясь в землю каблуками, к ближайшей улице, чтобы поймать такси, постараться как можно быстрее забыть то, что сейчас произошло, и не сорваться.
Вечером я приняла снотворное и стала слушать на телефоне сообщения друзей.
Адриан:
Ладно, ты же знаешь, какой я вспыльчивый. Я думал, мы устроим загул, как когда-то с Марком, все вместе, мне сильно действовало на нервы, что ты весь день дулась, после чего отвалила на работу. Мы по тебе скучаем.
Седрик:
Позвони сестре, когда сможешь, она очень переживает, а я… я волнуюсь за тебя.
Жанна:
Мой муж придурок и не умеет общаться с деловыми женщинами! Но… если ты можешь ему сказать, что вы не рассорились на всю оставшуюся жизнь, я думаю, он обрадуется… и успокоится.
И наконец, Марк:
