Я не планировал тормозить, чтобы Динара провела ночь рядом со мной. Это было спонтанное решение, когда я заметил ее машину не слишком далеко позади. Я не терял слишком много времени на других лидирующих машин, позволяя ей догнать меня, ничего такого, что я не мог бы компенсировать в последующих гонках. И даже если я не закончу семидневную гонку первым, это не проблема. Я не нуждался в деньгах и все равно заработал бы достаточно баллов, чтобы остаться в гоночном лагере. Динара открыла дверь Гадюки одновременно с тем, как я выключил двигатель своей машины, остановившись рядом с ней. Она едва взглянула в мою сторону и вместо этого бросилась в темноту к задней части своего авто.
Я усмехнулся, понимая почему, что напомнило мне о моей собственной проблеме. Облегчившись в темноте, я прислонился к капоту своей тачки и уставился в звездное небо. Так далеко за пределами цивилизации звезды всегда сияли ярко. Что-то, чего я не замечал, когда находился в Лас-Вегасе. Я всегда считал себя городским человеком, пока не начал подолгу жить в лагере у черта на куличках.
Динара подошла ко мне и уперлась бедром в капот.
— Ты не должен был этого делать.
Я скорчил невинное лицо, но она сузила глаза.
— Я предпочитаю твое общество компании двух придурков во главе. А с тобой мне не придется спать с открытым глазом, убеждаясь, что никто не проводит манипуляций с моей машиной.
Динара усмехнулась.
— Кто сказал, что я не попытаюсь перерезать твой тормозной трос? Быть может, я даже заколю тебя, когда ты будешь спать. Я русская, помнишь?
Трудно забыть. Во внешности Динары было что-то экзотическое, особенно высокие скулы.
— Я рискну с тобой.
Динара потерла руки. Она была только в майке и в обтягивающих джинсовых шортах. Мне ничего так не хотелось, как провести ладонями по ее гладким ногам.
— Я не взяла с собой никакой еды. Не думаю, что мы можем заказать еду сюда, верно?
— Я подготовился, — ответил я со смешком и открыл свой багажник, куда положил газовую плиту и пару банок с чили, супом из грибов и макаронами с сыром. — Но не жди слишком многого.
Динара просмотрела мой выбор.
— Я никогда раньше не ела макароны с сыром.
Я недоверчиво взглянул на нее.
— Как можно жить в Штатах и не попробовать это блюдо?
— Наш повар русская. Она готовит по рецептам из дома моего отца, а я никогда не обедала с американскими семьями. Мы живем среди своих.
Звучало знакомо. Мы с братьями тоже всегда жили вместе, и мои братья до сих пор продолжают.
— Тогда макароны с сыром. Даже если это знакомство с блюдом будет плохим. Ты обязана попробовать версию моей невестки Киары. Это не от мира сего.
Динара криво усмехнулась в тусклом свете ночи.
— Возможно, нам стоит подождать с семейными представлениями, пока мы хотя бы не поцелуемся.
Мой пульс участился, глаза метнулись к пухлым губам Динары, когда она все еще уверенно улыбалась. Блядь. Я не думал о поцелуе с ней сегодня, но теперь это все, о чем я мог думать.
— А будет поцелуй? — спросил я с медленной улыбкой, будто не мог представить большего.
Динара достала из багажника газовую плиту и поставила ее между нашими машинами, защищаясь от ветра, прежде чем схватить кожаную куртку и использовать ее как одеяло, чтобы сесть.
— У тебя есть фонарь? Не хочу держать дверь открытой.
Я ухмыльнулся, взял банку и газовую лампу и плюхнулся на прохладную землю. Как только он отбросил свой жуткий свет вокруг нас, и макароны с сыром закипели, я сказал:
— Ты не ответила на мой вопрос.
Я протянул Динаре вилку, прежде чем выключить пламя и проткнуть вилкой обжигающие горячие макароны с сыром.
Динара сделала то же самое и, подув, попробовала. Нахмурившись, она несколько раз прожевала.
— Я не знаю, из-за чего весь этот сыр-бор. Наши кошки получают лучшую еду.
Я рассмеялся.
— Жаль, что мои запасы не соответствуют твоим стандартам.
Она тоже засмеялась.
— Я даже не придирчивый любитель еды, но это действительно ужасно. Не знаю, дам ли я этому блюду еще один шанс.
— Поверь мне, если все сделать правильно, оно восхитительно.
— Возможно, когда-нибудь твоя Киара сможет убедить меня, — она положила в рот еще макароны. — Целоваться было бы очень плохой идеей, учитывая, кто мы.
Я встретил ее взгляд. В тусклом свете газовой лампы светящиеся бирюзовые глаза казались темно-зелеными еловыми веточками.
— Противники?
— Да. Помимо всего прочего. Это была бы роковая связь, которая наверняка подняла бы дерьмо в Братве и Каморре.
Я усмехнулся.
— Я люблю неприятности.
Динара покачала головой и откинулась на локти, пока я доедал свою порцию.
— Почему ты на самом деле сегодня искал моей близости? И не проси меня поцеловать тебя. Если ты надеешься получить от меня информацию, я должна предупредить, что я очень хорошо умею хранить секреты.
— А я очень хорошо умею их вытягивать, — проговорил я, откидываясь назад, так что наши глаза оказались на одном уровне.
Динара склонила голову набок.
— Ты волк в овечьей шкуре, Адамо?
— Я что, похож на овцу? — спросил я, слегка обидевшись.
