Изыди, Гоголь! (СИ) полностью

-- Ты же знаешь, что я не мог, -- фыркает брат патриарха.

-- Ты продолжаешь собирать деньги? Я думала, мы все решили, что выкуп -- это всего лишь обманка.

Север пытается развести руками, но морщится от боли в раненном плече.

-- А вдруг нет? -- говорит он. -- Вдруг господин Ворон ошибся? Что тогда?

Я снисходительно усмехаюсь. Чтобы Аластор Кроули -- и ошибся?

Только вот Агата бросает на меня неуверенный взгляд.

-- Я просто обязан прикрыть нам тыл, -- продолжает Зимин-младший. -- Собрать деньги, подготовиться к переговорам. Пойми, это все ради Ольги. Она моя племянница, и я переживаю за нее не меньше твоего, Агата. Но я не могу тратить время на, возможно, бесполезные занятия.

Жена патриарха открывает было рот, но так и не находит, что возразить. Ссутулившись, она наконец говорит:

-- Ты прав. Прости, Север. Это все из-за нервов. Я не хотела тебя обидеть.

Служанка наконец приносит напитки. Но Агата не спешит брать чашку. Она складывает на коленях руки и сжимает пальцы в замок, чтобы скрыть мелкую дрожь.

Заметив мой взгляд, дворянка виновато улыбается.

-- Вы сказали, что похитителям нужна именно моя дочь. Теперь никак не могу отделаться от дурных мыслей. Что они хотят с ней сотворить?

Я наклоняюсь к женщине и успокаивающе сжимаю ее кисть. Север недобро прищуривается.

-- У меня есть догадки на этот счет. Если они верны, похитители не тронут Ольгу и пальцем.

Зимина заметно расслабляется. Мои слова оказывают нужный эффект.

Взяв чашку кофе, я откидываюсь обратно на диван.

-- И вы, разумеется, не скажите их? -- успокоившись, Агата возвращает себе дворянскую стать.

Я качаю головой и делаю глоток кофе.

-- Непробиваемый, как скала, -- фыркает женщина. -- Ведете себя так, будто каждый день сталкиваетесь с подобным.

Я отвечаю плутоватой улыбкой.

-- У меня богатый опыт, -- я оглядываю притягательную фигуру Агаты. -- А вы ведете себя так, будто уже теряли ребенка. Хотя я был уверен, что Ольга ваш с мужем первенец.

Север тут же распушивает хвост.

-- А это уже вас не касается, Ворон! Вы и так уже достаточно влезли в личные дела нашей…

Я перевожу взгляд на мужчину. Икнув, он замолкает.

Агата примирительно поднимает ладонь.

-- Все в порядке, Север. Это не секрет, да и я уже выплакала все слезы.

Взяв свой ромашковый чай, дворянка делает глоток и только потом продолжает:

-- Мы с Бураном долгое время пытались зачать ребенка. Но магический геном отца всегда перебарывает материнский, -- ее голос едва заметно дрожит. -- Сами понимаете, к чему может привести развитие плода с даром холода в организме мага огня.

Выкидыш. Имунная система колдунов порой беспощадна.

-- По-хорошему, -- говорит Агата, -- Буран должен был найти себе наложницу, чтобы она родила ему наследника. Но тогда мы были молоды и еще любили друг друга, -- на этих словах женщина горько хмыкает. -- Мы не оставляли попыток, и в какой-то момент случилось чудо.

Я понимающе киваю. Еще недавно я удивлялся, как огненную ведьму могли взять в род магов севера? Но ответ до безобразия банальный и разочаровывающий.

Всемогущая Любовь.

-- По факту, -- продолжает дворянка, -- Ольга наш третий ребенок. Но всего их было четыре.

Мои брови взмывают куда-то под челку.

-- Вы имеете в виду…

-- После всех мучений Бог одарил нас сразу близнецами, -- кивает Агата. -- Буран тогда аж запрыгал от радости. Можете себе это представить?

Север поддерживает улыбку снохи. Насладившись приятными воспоминаниями, женщина продолжает:

-- Мы решили назвать их Екатериной и Ольгой. В честь одной из императриц и ее младшей сестры. Самое удивительное, что каждая унаследовала по дару. Огонь и холод, представляете? Даже Склифосовские приезжали посмотреть на это чудо. Буран никак не мог нарадоваться. Все носил меня на руках и даже устроил праздник в честь наших дочерей, на который пригласил всех, кого считал заклятыми врагами. Чтобы показать, что род Зиминых продолжит жить. Что у него еще будет наследник.

Агата замолкает, собираясь с мыслями. Я не тороплю. Судя по тому, что дочь у Зиминых только одна, в этой истории есть большое "но".

-- Но однажды, на шестом месяце, я слегла с болезнью, лихорадкой, во время которой у меня чуть не случились преждевременные роды, -- дворянка подтверждает мои мысли. -- Врачам удалось остановить схватки. А позже они выяснили, что… ребенок остался только один.

-- Такое иногда случается с двойными плодами, -- вставляет хмурый Север. -- Один поглощает другого, потому что не хватает места или питательных веществ.

-- Но не на шестом месяце! -- отрезает Агата. -- Мы посетили лучшие клиники. Никто не смог сказать, в чем дело, даже Склифосовские! Врачи каждый раз разводили руками и сваливали все на "неординарный" случай. Якобы раньше не было случаев зачатия близнецов с противоположными дарами, и мы должны радоваться, что у нас остался хотя бы один ребенок!

На лице Агаты играют желваки. Чай в чашке, которую она держит обеими ладонями, начинает закипать.

-- Я тогда едва сдерживалась, чтобы не зажарить их заживо… Ой!