— Потому и пришел. — Ответил Иван. — Только, на будущее, выбирай менее заметные проекты. Хорошо?
— Детеныш оваху! — Усмехнулся Колин, обозвав Ивана местным аналогом русского «сукин сын».
Иван лениво развалился на месте десантника, если термин «развалился» вообще можно применить к закованной в скафандр фигуре внутри десантного бота. Сегодня была не его очередь пилотировать, и он мог спокойно сыграть в виртуальный покер с Лати. Девушка азартно ерзала в соседнем кресле. У нее имелись все шансы выиграть, так как партнер был слегка рассеян. Почему-то именно во время этого, весьма важного вылета, землянину стукнуло в голову подвести краткий итог первому полугодию пребывания на «Рафине».
Стараясь быть непредвзятым, Иван все же считал, что именно его появление разворошило сонное болото станции. Чего, например, стоила эпопея со спортивным залом. И, ведь, все соглашались, что стоило бы иметь нечто подобное, но на удивленные намеки Ивана, что в соседнем, законсервированном секторе станции есть готовый, разводили руками и мямлили о затратах на поддержание системы жизнеобеспечения. Пришлось Ивану по-быстрому продать импланты, выданные еще на «Выжгаре», и потратить эти деньги на изоляцию спортзала от остального сектора. И, если тратить деньги готов был только Иван, то поучаствовать в работах оказались готовы почти все. Методом «народной стройки» за три месяца спортзал был введен в эксплуатацию и стал, наверное, самым востребованным местом на станции. Разве что, Лати, вначале бывшая ярым сторонником проекта, через месяц стала прозрачно намекать, что если от нее не отстанут, то она устроит диверсию. Бывшие военные, во главе с отцом девушки, почесали затылки и признались, что слегка переусердствовали с тренировками.
Собственно говоря, именно жизнь девушки изменилась самым кардинальным образом. Землянин не знал и не собирался узнавать, кому и сколько пришлось заплатить, чтобы Лати получила сертификат на свою нейросеть, но первые две недели в виртуальной визитке девушки данный нейросети и ИП стояли даже раньше имени. Потом, поняв, что все смотрят на подобное хвастовство весьма и весьма скептично, Лати привела визитку в нормальный вид.
Изменились у девушки и отношения с родителями, особенно с мамой. Во время совместной работы над скафандрами, Лентина Сарон неожиданно обнаружила, что дочка выросла. Следствием стало разрешение Лати иногда работать с командой Рифара, Курга, Ивана и Трома Ровона, одного из пилотов транспортника. Тут уже ключевым стало не собственно присутствие Ивана, а наличие малого десантного бота, коренным образом изменившее работу команды. До появления МДБ с его, пусть и сравнительно маломощными, но, все-таки, военными сканерами, приходилось работать в несколько этапов, требовавших много времени и сил. Сначала, диспетчеры с помощью своих станций делали грубую карту нужного скопления техники, потом, к этому скоплению приближался транспорт, и с довольно приличного расстояния уточнял детали, и, наконец, в дело вступала команда на шлюпке, которая была вынуждена буквально «ощупывать» останки вручную.
В принципе, когда Иван познакомился с технологией выбора следующей «жертвы», то не мог не признать, что при имеющихся ресурсах, организованно все было на достойном уровне. Фактически, эсбэшные станции слежения плотно мониторили район «червоточины» и очень «в целом» остальную систему. Собственные станции, развернутые диспетчерами «Рафина» в силу малого количества и невысокого качества тоже не позволяли особо разгуляться. Загонять единственный транспорт в скопление битой, но зачастую еще живой, военной техники тоже никто не собирался. А отсутствие полноценного сканера и защиты на шлюпке, ее явно недостаточная маневренность, превращали заключительную фазу в поиск грибов на минном поле. С появлением десантного бота стало возможным не только проводить полноценное сканирование с близкого расстояния, но и соваться к не совсем «мертвым» кораблям.
Дошло до того, что производственные бригады, разбирающие корабли непосредственно на станции, начали возмущаться. Во-первых, график их работы стал более напряженным, а во-вторых, самые «вкусные мелочи» теперь доставались именно бригаде Рифара. Не то чтобы они это делали специально, но…. Пришлось «выездной бригаде» поумерить свой энтузиазм и поработать еще и на «разделке». Правда, Ивану чаще пришлось работать с Колином, который не забыл слова землянина и подобрал-таки пару-тройку обоюдно интересных проектов.
