— Оу, это не его девушка, это его домработница, Дениз, — Грег исправляет девушку, но она не извиняется. Она просто обнимает меня, подойдя ближе.
— Но они думают так только сейчас, милая, рано или поздно это случится, я уверена, — она шепчет мне на ухо, смутив меня».
Я улыбаюсь при воспоминании этого момента, поднявшись по лестнице. Дениз была настолько уверена в наших будущих отношениях, что была готова поставить на это деньги. Откуда же я знала, что она окажется права. Ну, на самом деле, я всегда надеялась, что она окажется права.
========== 54.Конечно, ты не знал/Of course you didn’t know ==========
Niall’s POV
Всё было напряжено между мной и Эрикой. Я понимаю, что она хочет, чтобы я остался, но она не понимает, что это моя работа, и я должен вернуться к ней. Это то, как я зарабатываю деньги, и если я не работаю, то мне становится скучно.
Похороны, что были этим утром, прошли хорошо. Как и следовало ожидать. Я всё ещё не могу поверить, что бабушка умерла. Я не хотел там присутствовать, я до сих пор не смирился, что её нет; думал, что если не приду, то мне не придётся прощаться с ней, что всё это только сон. Я не думал, что это так ударит по мне. Я так сильно скучаю по ней, скучаю по её стряпне, смеху, её объятиям. Она моя бабушка. Если я уеду сегодня, мне не придётся больше вспоминать об этом.
— Я уезжаю, — Эрика приходит в комнату, облокачиваясь о дверной косяк.
— Что? — поворачиваюсь и смотрю на неё, она даже не переодела одежду, в которой была на похоронах. Она до этого не говорила мне о своём отъезде.
— Я возвращаюсь домой, если ты не остаёшься, я тоже уезжаю в Лондон. Мне нужно вернуться на занятия, я и так пропустила несколько дней, — она убирает вещи в сумку, расстёгивает своё чёрное платье, позволяя ему упасть на пол, переодеваясь в леггинсы и безразмерную рубашку.
— Эрика, но ты можешь остаться, — сажусь возле её сумки на кровати, смотря, как она качает головой.
— У меня уже есть билет на рейс, и я попрощалась со всеми. Мне пора, — её слова поражают меня; она убирает все последние вещи, застёгивая молнию на сумке и опустив её с кровати на пол.
— Подожди, Эрика, не уходи, — расстраиваюсь. Я не хочу ругаться и спорить с ней сейчас, я уже пережил достаточно. Она вздрагивает, когда я касаюсь рукой её плеча.
— Повеселись в Индонезии, — наблюдаю, как она выходит за дверь, слышу, как сумка ударяется о ступеньки в коридоре.
Мы уже обсуждали несколько раз мой отъезд. Я знаю, что она не хочет, чтобы я уезжал, знаю, что она хочет, чтобы я остался ещё на несколько дней. Я не хочу оставаться здесь, но и не хочу, чтобы он уезжала.
— Эрика, подожди! — выхожу вслед за ней, надевая ботинки, спотыкаясь по дороге; вся моя семья сейчас в гостиной. — Эрика, остановись! — умоляю её, выходя на улицу, пока она убирает сумку в машину. — Эрика! — кричу, и она останавливается, открывая боковую дверь машины.
— Что? — она огрызается. Я немного не привык к её гневу, она умеет злиться, но не часто.
— Эрика. Не будь такой, ты знаешь, что я должен вернуться в тур. Я не понимаю, в чём дело, — пожимаю плечами, натягивая своё пальто.
— Ну и что с того? Найл, ты устал. Ты засыпаешь на ходу, ты дважды за неделю перенёс перелёт через весь мир и собираешься лететь снова. Ты плохо питаешься, не можешь проснуться, вчера ты чуть не упал в обморок в душе, и мне пришлось подталкивать три раза во время похорон твоей бабушки, чтобы убедиться, что ты не уснул, — она злится. Я довёл её до этого.
— Со мной всё хорошо. Я буду спать в полёте, а когда вернусь, доктор сделает мне укол витамина В-12.
— Не в этом дело, Найл, — вижу, как белеют её костяшки, она проводит по волосам пальцами.
— Я не понимаю, почему ты так расстраиваешься, — прислоняюсь к машине. — Я езжу по работе, так я зарабатываю на жизнь, Эрика.
— Не всё крутится вокруг денег, Найл! — она хмурится, смотря на меня, она злится. — Это не жизнь. Жизнь — это люди, твоя семья и друзья. Это ты. Это я, — она замолкает и отводит на секунду взгляд, ветер немного поднялся. — Меня не волнуют твои деньги, мне не нужны твои деньги. Я хочу тебя, — она вскидывает руки. — Однажды всё это исчезнет, мы уже говорили об этом, ваша группа не будет существовать вечно. Вся слава и известность пройдёт, всё, что тебе останется — твоя семья и я. Если ты не позаботишься о себе сейчас, тебя не может быть здесь позже. Мне нужно, чтобы ты состарился со мной, я нуждаюсь в тебе рядом, — вижу, как одинокая слеза скатывается по её лицу, прежде чем она вытирает её тыльной стороной ладони, смущённо глядя на меня.
— И почему это? Почему ты так сильно нуждаешься во мне? — не хочу грубо разговаривать с ней, но это происходит само по себе.
