— Всё нормально. Такая милая сова, — она смеётся, пытаясь расслабить нас обоих. Также понимаю, что в спешке дал ей кружку с изображением совы. Эта была единственная вещь, которую Эрика оставила здесь. Она всегда пила чай по утрам из неё, а также по одной чашке лавандового чая перед сном.
— Не хочешь сесть? — указываю на диван; тот алкоголь, что я выпил ранее для мужества, уже выветрился, так что я окончательно запутался. В моей голове лишь одна девушка, и она сейчас не рядом.
— Э-м, ты играешь на всех этих гитарах? Мне нравится, как они выглядят, — она старается начать разговор. Я должен отдать ей должное, она очень милая. Похоже, она хороший человек. Но, конечно, это была идея Эрики подвесить все гитары на стену. Когда она впервые приехала, все они были приставлены к стене или пылились на полу, постоянно падая. Она предложила подвесить их на стену, так что теперь все они в одном месте.
— Да, один из моих друзей предположил, что они будут выглядеть лучше, если будут висеть, — это неловкое молчание следует вслед. Я продолжаю думать о другом человеке. Я правда пытаюсь двигаться дальше, правда пытаюсь.
Мы сидим в тишине, попивая наше вино. Она ставит чашку на журнальный столик и вдруг встаёт, наверное, собираясь уйти, в чём я не стану винить её. Я веду себя странно. Она удивляет меня, когда садится рядом со мной, настолько близко, что практически сидит на мне.
— Я знаю, что сейчас кто-то другой у тебя в голове, но позволь мне помочь забыть её, — она, может быть, и не такая милая и невинная, как я думал. Я окончательно теряю слова, всё, на что я способен сейчас — это кивнуть, и она берёт всё на себя. — Должны ли мы пройти в спальню? — она встаёт, взяв меня за руку, и я встаю.
— Да, — держу её за руку, но не позволяю сплести наши пальцы. Я не хочу вести её в свою спальню. Последний человек, который оставался в ней — Эрика. Чертовски уверен, что также не могу отвести её в спальню Эрику, поэтому веду её в другую гостевую спальню.
Она задерживается в дверях на секунду, я знаю, что она понимает, что это не моя спальня, но мне плевать. Я не хочу, чтобы она была в моей спальне. Прохожу внутрь комнаты, совершенно не зная, что делать. Точнее, я знаю, что делать, но всё больше и больше начинаю вспоминать об Эрике. Волосы Джиллиан темнее, и она ниже, чем Эрика, но она замечает все те детали, что принесла в этот дом Эрика, детали, которые она любила.
Я чувствую её руки на своей талии, она обнимает меня, а я в свою очередь кладу ладони на её талию, пока она оставляет мягкие поцелуи вдоль моей шеи, и я провожу руками по её спине. Я отстраняюсь немного, стягивая с себя футболку, даже в темноте замечая, как она улыбается. Я делаю шаги назад, пока он приближается ко мне, расстёгивая рубашку и раздеваясь для меня, оставаясь в чёрном кружевном бюстгальтере. Её кожа безупречна, как и кожа Эрики. Стараюсь выбросить светловолосую из головы, чтобы вернуться к Джиллиан.
Она протягивает руку и расстёгивает мои штаны, стягивая вниз до коленей, оставляя меня в одних трусах. Я расстёгиваю пуговицу на её штанах, легко опуская их, и она выходит из них. Мои джинсы оказывается снять труднее, как она толкает меня на кровать и опускается на колени, медленно окончательно стягивая с меня джинсы, её пальцы всё ближе и ближе ко мне.
Знаю, что это трудно, и я не полностью готов, ведь мои мысли сейчас в другом месте о другой девушке.
— М-м-м, Найл, — она стонет, резко вставая передо мной и заводя руки за спину, расстёгивая бюстгальтер, медленно снимая и давая ему упасть на мои колени. Я встаю, голый, одной рукой обнимая её, а другой поглаживая волосы, наконец, целуя её. Это был жадный, голодный поцелуй, её руки были повсюду, когда она толкает меня обратно на кровать, перед этих поглаживая мою спину, она забирается на меня сверху, только нижнее бельё разделяет нас.
Джиллиан нагибается так, что её голая грудь касается моей, и я быстро нахожу её грудь руками, начиная массировать её, слыша ответный стон, слетающий с её губ. Она снова целует меня, пока я тяну время, о чём она прекрасно догадывается; в моей голове всё ещё сидит Эрика, и я просто хочу к ней.
Она отстраняется от меня, я всё ещё нахожусь полулёжа на кровати, и я чувствую, как низ живота затягивается, а сердце оживает. Она нагибается к тумбе возле кровати, доставая оттуда презерватив, и я даже удивлён, что он был там. Она открывает пакетик, приподнимая мои боксеры и раскатывая презерватив по вставшему члену, сама снимая с себя остатки нижнего белья, пока я двигаюсь на середину кровати, а она залезает на меня сверху. Мои мысли по-прежнему спутаны.
